Рейтинг@Mail.ru
2113
Ищу
тебя!
188
Старые
фото
Регистрация Вход
Войти в ДЕМО режиме

В камень стрелять — только стрелы терять

Чибисов М. Е. Клировые ведомости как источник по истории приходов Барнаульского духовного правления Колываново-Воскресенского (Алтайского) горного округа (1804-1864 гг.) и источник генеалогической информации для составления родословного дерева (древа)

  

Назад в источники

Чибисов Максим Евгеньевич

Специальность 07.00.09 — историография, источниковедение и методы исторического исследования

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Барнаул 2006

Работа выполнена на кафедре архивоведения и исторической информатики Алтайского государственного университета

Научный руководитель: кандидат исторических наук, доцент

Владимиров Владимир Николаевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Садовой Александр Николаевич доктор исторических наук, профессор Гончаров Юрий Михайлович

Ведущая организация: Тамбовский государственный университет

Ученый секретарь диссертационного совета доктор исторических наух, профессор У' Е.В. Демчик

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Рассмотрение истории какой-либо территории неразрывно связано с изучением истории населявших её людей Изучение истории любого региона, страны в целом или ряда стран невозможно без рассмотрения истории народонаселения, различных объединений и общностей людей, что требует обращения к массовым источникам.

Внедрение компьютерных технологий обработки массовых источников позволило расширить источниковую базу и выйти на микроуровень исторических исследований. Это привело в 90-е гг. XX в. к формированию «новой исторической демографии», которая вызывает все больший интерес и занимает все более прочное положение в российской исторической науке.

Сегодня в целом ряде научных центров (Санкт-Петербург, Тамбов, Петрозаводск, Тула, Барнаул и др) интенсивно занимаются разработкой новых методов, поиском и анализом массовых исторических источников Стремительное развитие информационных технологий приводит к появлению множества работ, разносторонне анализирующих массивы архивных источников, в связи с чем исследователи говорят об «информационном взрыве».

В последнее время все большее внимание обращается на массовые источники церковного учета населения (метрические книги, исповедальные росписи, клировые ведомости). Но если метрические книги и исповедальные росписи уже достаточно интенсивно используются в исторических исследованиях, то введение в научный оборот клировых ведомостей находится пока на начальной стадии.

Широкое применение компьютерных технологий породило множество новых научных дисциплин, смежных с информатикой К их числу относится и историческая информатика, в рамках которой появляются и более частные дисциплины Среди них историческая геоинформатика, основанная на применении географических информационных систем (ГИС), представляющих собой особый вид программного обеспечения — автоматизированные информационные системы, предназначенные для обработки пространственных и атрибутивных данных, основой интеграции которых служит географическая информация.

Исследования с применением геоинформационных систем пока еще не стали заметным явлением в отечественной историографии. Между тем в зарубежной исторической науке ГИС нашли свое применение гораздо раньше и используются очень широко в истории, археологии, исторической демографии и многих других областях исторической науки В результате в творческой лаборатории исследователя появляются новые мощные средства анализа массовых исторических источников.

Основной единицей объединения населения Российской империи по религиозному принципу являлся приход той или иной церкви. Приход был объединением людей, которые для отправления различного рода обрядов посещали один и тот же храм или же обращались к священнослужителям этого храма.

Реконструкция территории церковных приходов является необходимой ступенью историко-демографического исследования. Это актуально прежде всего потому, что церковный приход был основной единицей церковного учета населения Именно это важно для нас в первую очередь, хотя нельзя забывать и о других функциях прихода — хозяйственных, религиозных и пр Именно учет населения церковью являлся основным видом учета демографического развития населения того или иного региона И основным источником для воссоздания системы церковных приходов являются клировые ведомости.

Историография. Клировые ведомости как исторический источник стали применяться сравнительно недавно. Одним из первых внимание на клировые ведомости обратил В.М. Кабузан при рассмотрении населения России в XVIII в Он отдельно выделил церковные источники, рассмотрев метрические книги и клировые ведомости. В.М. Кабузан отметил, что клировые ведомости являются незаслуженно забытым источником по учету населения, который обязательно должен использоваться и вводиться в научный оборот Вместе с тем В М. Кабузан считал данные церковного учета завышенными и не применял их в своих работах.

М М. Громыю, рассматривая церковный учет населения, отмечала его неполноту Н.Н Покровский в работах по истории урало-сибирского старообрядчества пришел к выводу, что клир повсеместно фальсифицировал данные клировых ведомостей Церковная и государственная политика были направлены на уничтожение раскола, и уйти от преследований чаще всего помогала взятка, ставшая традиционным явлением в отношениях тайных старообрядцев и приходского духовенства Так что на основе документов церковного учета населения нельзя решать вопрос о вероисповедании сибирского населения в XVIII в, — делает вывод исследователь.

Только А. Д. Колесников был уверен в высокой точности церковного учета населения во второй половине XVIII в Это утверждение основано на сличении источников церковного происхождения с ревизскими сказками / 1782 и 1795 гг и наблюдении об идентичности их данных, но само сопоставление данных проиллюстрировано не было Не совсем верными кажутся утверждения А Д. Колесникова о том, что административные меры и психология крестьян XVIII в обусловили сравнительную точность учета русского населения, поскольку большой его пласт составляли раскольники, к тому же во второй половине XVIII в. сеть православных храмов Сибири была неразвитой, территории приходов огромны, в церквях не хватало священнослужителей. Столь же сомнительно утверждение А Д Колесникова о «густой сети церквей» в Сибири во второй половине XVIII в.

Впервые подробно рассмотрела клировые ведомости и показала в литературе разницу между ними и исповедальными росписями Н. А. Миненш Подвергнув критике позиции А. Д. Колесникова, используя большой массив архивных источников и сравнив данные ревизских сказок и клировых ведомостей, она отметила постоянный недоучет населения церковью по сравнению с результатами ревизий.

Это утверждение подкреплялось рядом фактов: затянувшийся и проходивший с большим трудом процесс введения церковного учета населения в Сибири, несоблюдение священниками формы и сроков подачи данного вида документов в вышестоящие инстанции, искажение названий деревень и имен прихожан, большое количество старообрядцев, отсутствие строгого отношения к православным обрядам со стороны православного населения, обширность приходов, нехватка священнослужителей, несовершение обрядов по «упущению» священнослужителей, вымогательства со стороны клириков за выполнение обрядов, нехватка материальных средств у прихожан и невозможность заплатить за венчание, крещение или отпевание.

Однако стоит отметить, что никто из вышеперечисленных исследователей не призывал к отказу или серьезным ограничениям в использовании данного вида источников, отмечая их своеобразие и историческое значение.

ГФ. Быконя, широко используя материалы церковного учета, сделал вывод, что клировые ведомости — достаточно надежный демографический источник, при этом он отмечал расхождения между данными церковного и ревизского учета населения.

ИВ. Власова, характеризуя различные источники XVIII — первойпо-ловины XIX вв , отмечала необходимость изучения и большой потенциал клировых ведомостей первой половины XIX в. при рассмотрении крестьянской семьи.

Использовала в своих работах различные виды документов церковного учета населения, в том числе и клировые ведомости, исследователь Сибирской приходской общины XVIII в Н.Д Зольникова Однако в её работах применение клировых ведомостей носит лишь вспомогательный характер, и их данные применяются лишь при отсутствии основного источника («Ведомостей по Тобольской епархии») в рассмотрении величины сибирских приходов Не совсем, правда, понятно, что имеется в виду под «ведомостями по заказам», сами клировые ведомости или экстракты из них Глубокому анализу данный источник не подвергался Тем не менее была проведена огромная работа по характеристике сибирских приходов XVIII в. на основе большого массива разнообразных источников, среди которых были клировые ведомости, хотя и составляли малую их часть.

В связи с «микрокомпьютерной революцией» и широким применением компьютерных технологий в исторических исследованиях ряд исследователей обратили свой взор на массовые источники церковного учета населения Наиболее подробно изучены данные метрических книг и исповедальных росписей, история их появления, развитие формы и структуры Эти вопросы достаточно широко рассмотрены историками Санкт-Петербурга (Б.Н. Мироновым, С.С. Смирновой, Е.Д. Твердюковой, М А Марковой, Е Е Князевой), Тамбова (Н В. Кабаковой, Е П. Мареевой, Э А. Морозовой, МК Акользиной, Р.Б Кончаюовым), Тулы (Д. Н Антоновым иИ А. Антоновой), Барнаула (В Н Владимировым и И.Г Силиной, Ю М Гончаровым) и многими другими.

Клировые ведомости, как правило, рассматриваются только в комплексе с другими источниками. Это вызвано более поздним их включением в научный оборот, неопределенностью термина и неоднозначным отношением к данному виду источников. На сегодняшний день наметилось три основных направления в характере использования данных клировых ведомостей соответственно трем частям самого источника: данные о церкви, о причте и о прихожанах.

В рамках первого направления, рассматривая в своих работах строительство и архитектуру церквей Алтая, привлекала клировые ведомости М.Р. Маняхина.

Увеличивающийся с начала 90-х гт XX в интерес к истории приходского духовенства обусловил широкое применение клировых ведомостей при изучении различных аспектов этой темы Клировые ведомости применяются как при рассмотрении генеалогии приходского духовенства (первый опыт в этой области представлен в работах А С. Грамматина и А В. Мати-сона), так и духовенства отдельных регионов, выделенных с точки зрения

географических характеристик или церковного деления территории Российской империи Например, О Ю Бабушкина применяла данные клировых ведомостей при изучении клириков Южного Зауралья, а Е.Б Макарчева исследовала проблемы духовенства Тобольской епархии Достаточно подробно рассмотрела клировые ведомости как источник по истории духовенства второй половины XIX в Л.К. Дрибас Отметив, что клировые ведомости являются незаменимым и наиболее полным источником сведений о церквях и духовенстве, она подвергла анализу на их основе образовательный уровень и состав семей священнослужителей Красноярска и Иркутска второй половины XIX в , обобщив данные за 1885 г.

Третье направление использования клировых ведомостей как исторического источника лежит в области исторической демографии и заключается в рассмотрении качественных и количественных характеристик населения. Оно получило наиболее широкое развитие. Среди данного вида исследований можно выделить работы преимущественно источниковедческого характера, рассматривающие клировые ведомости как часть церковного учета населения наряду с документами государственного учета отдельных территорий, например, работы М А. МарковойиН.В. Кабаковой, а также работы, в которых данные клировых ведомостей используются исключительно в рамках исторической демографии. Так, А.Р. Ивонин широко применял данный источник при изучении населения городов юга Западной Сибири ДЕ Сарафанов, привлекая различного рода источники, в том числе и клировые ведомости, рассматривает население Барнаула. Применение клировых ведомостей возможно и при изучении населения более мелкого населенного пункта, что продемонстрировала Э А. Морозова, рассмотрев демографический облик села Рассказово Тамбовской губернии.

Единственным исследователем, который полностью проанализировал данные клировых ведомостей и реконструировал систему приходов в рамках одной административно-территориальной единицы Русской православной церкви, был до последнего времени А.М. Адаменко. Однако ввиду широких хронологических (XVII — начало XX вв) и территориальных (юг Западной Сибири) границ данное исследование носит весьма обзорный характер, выделяя только основные особенности и тенденции развития приходов Тобольской (с 1834 г — Томской) епархии Помимо этого практически за рамками исследования осталась первая половина XIX в. — переломный период в развитии системы церковных приходов юга Западной Сибири Тем не менее работа вносит значительный вклад в изучение клировых ведомостей и административно-территориальных единиц церковного характера (приходы, благочиния, правления и епархии), открывая перспективы для более детального их рассмотрения.

Отдельно посвященного клировым ведомостям источниковедческой работы до сих пор нет, они рассматриваются в общем комплексе исследований массовых источников церковного учета населения, львиную долю которых составляет анализ метрических книг и исповедальных росписей, а клировым ведомостям отводится достаточно скромное место

Несмотря на указанное ещё в 1977 г. H.A. Миненко различие между исповедальными росписями и клировыми ведомостями, в литературе до сих пор встречаются случаи их отождествления Тем не менее клировые ведомости все шире вводятся в научный оборот, уступая, однако, по темпам обработки их исследователями исповедальным росписям и метрическим книгам.

Целью исследования является реконструкция системы церковных приходов Барнаульского духовного правления, рассмотрение их пространственных характеристик и демографических особенностей их населения в 1804-1864 гг. на основе данных клировых ведомостей.

Для реализации этой цели решались следующие задачи:

1. Рассмотреть клировые ведомости как исторический источник, изучить динамику изменения их формы и структуры, определить их информационный потенциал, репрезентативность и достоверность.

2. Выработать методику реконструкции территории церковных приходов, учитывая ее изменения во времени, и изучения особенностей размещения их населения на основе создания геоинформационной системы, используя данные клировых ведомостей Барнаульского духовного правления.

3 Проанализировать состояние и динамику численности, состава и размещения населения приходов Барнаульского духовного правления в 18041864 гг. с выявлением причин их изменений.

4. Рассмотреть состав и основные характеристики священнослужителей церквей Барнаульского духовного правления, используя данные клировых ведомостей.

Объектом исследования являются клировые ведомости церквей, входивших в Барнаульское духовное правление в период с 1804 по 1864 гг.

Предметом исследования являются территория и население приходов Барнаульского духовного правления, состав их священнослужителей и динамика изменения этих характеристик на протяжении 1804-1864 гг

Территориальные рамки работы включают церковные приходы Барнаульского духовного правления, составлявшие значительную часть Колывано-Воскресенского (Алтайского) горного округа Административно-территориальное деление на приходы, духовные правления и епархии не соответствовало светскому административно-территориальному делению, несмотря на все попытки государства совместить их. В современном представлении рассматриваемая территория практически полностью охватывает Алтайский край, а также части республики Алтай, Новосибирской, Кемеровской областей и Казахстана.

Хронологические рамки работы охватывают 1804-1864 гг. Выбор нижней границы исследования обусловлен рядом обстоятельств. Прежде всего, здесь мы идем за источником — до 1804 г в архиве имеются лишь отдельные экземпляры клировых ведомостей, и только с этого времени их наличие позволяет проводить полноценное изучение. Во-вторых, начиная именно с этого времени и вплоть до 1828 г., форма и содержание клировых ведомостей являются стабильными Наконец, к началу XIX в., после строительства ряда церквей во второй половине XVIII в, система православных приходов была достаточно устоявшейся.

Верхняя граница периода связана с завершением резкого всплеска строительства храмов, произошедшего в середине XIX в Именно рассматриваемый период (1804-1864 гг.) позволяет проследить эволюцию клировых ведомостей как исторического источника и динамику изменения территориальной системы православных приходов Барнаульского духовного правления.

Методологической основой исследования являются современные подходы к обработке массовых исторических источников Прежде всего в своем исследовании мы исходим из системного подхода, который проявляется в изучении церковных приходов Барнаульского Духовного правления как целостной системы, структура которой связана с особенностями подсистем расселения (населенные пункты) и церквей. В ходе исторического развития система приходов видоизменялась за счет дробления и перегруппировки отдельных элементов (приходов).

В своем исследовании мы опирались также на междисциплинарный подход, предполагающий, в частности, широкое применение методик и техник, заимствованных из других наук. В нашем случае мы широко обращаемся к компьютерным методам и технологиям (технология баз данных, использование геоинформационных систем), которые не только расширяют спектр традиционного исторического знания, но и позволяют извлечь скрытую информацию, доступ к которой невозможен без применения новых информационных технологий. Основным методологическим инструментом здесь стала для нас историческая информатика, достижения

которой в последние годы неоспоримы Нами широко использовался также картографический метод исследования, который относится к общенаучным методам.

Наконец, любое историческое исследование немыслимо без опоры на применение традиционных исторических методов Так, историко-сравнительный метод применялся нами для характеристики различных церковных приходов, на историко-генетический мы опирались при изучении динамики изменения территории приходов, численности и состава населения, историко-типологический метод использовался для выявления общего и особенного в изучении различных приходов в различные промежутки времени.

Основой источниковой базы является массив клировых ведомостей, хранящихся в Центре хранения архивного фонда Алтайского края (ЦХАФ АК), а также ряд других опубликованных и неопубликованных источников, связанных с развитием церковного учета населения, системы православных храмов, взаимоотношениями духовенства и прихожан.

Среди опубликованных источников особо стоит отметить сборник «Документы по истории церквей и вероисповеданий в Алтайском крае (XVII — начало XX вв)», в который входит множество различных документов, так или иначе связанных с церковью, что позволяет оценить комплекс массовых исторических источников церковного характера, его обширность и многоплановость

Основным архивным источником явились клировые ведомости Барнаульского духовного правления, хронологически охватывающие 1804-1864 гг Данные источники хранятся в ЦХАФ АК (фонд 26 — «Барнаульское духовное правление Томской духовной консистории (1750-1915 гг)», опись 1), составляя 59 дел (Д. 290-348). В этих делах наряду с клировыми ведомостями встречается масса других документов церковного происхождения: расписки священнослужителей, экстракты из метрических книг, указы императора, Синода, консистории, духовного правления и другие. Объем дел различен, от 100 до 200 листов, в зависимости от количества в них клировых ведомостей Это напрямую связано с формой и структурой источника. Ведомости до 1829 г., поскольку они достаточно небольшие, за два-три года входят в одно дело, с введением расширенной формы клировых ведомостей в 1829 г. источник за один год составляет одно дело С увеличением количества церквей, входивших в Барнаульское духовное правление, растет число клировых ведомостей, с начала 50-х гг. XIX в клировые ведомости за один год составляют уже несколыко дел по 100-150 листов каждое. Ведомости за последний, 1864 г рассматриваемого периода, располагаются в семи делах по 100-120 листов каждое.

Из других неопубликованных документов наиболее активно использовались «Ведомости священников о полученных ими указах Барнаульского духовного правления» и «Докладные реестры полученным указам из Барнаульского духовного правления», составлявшиеся в каждой церкви ежемесячно и содержащие указы, изданные Барнаульским духовным правлением, Тобольской (с 1834 г — Томской) духовной консисторией, Святейшим Синодом, а также «Ведомости, сочиненные земским избам сколько имеется в селах и деревнях дворов а также мужского и женского пола душ», данные документы были составлены церквями в 1785 г. по запросу светских властей. На основе вышеописанных источников было рассмотрено изменение структуры и формы клировых ведомостей, а также территории Барнаульского духовного правления в первой половине XIX в.

Научная новизна исследования определяется следующим:

1. Исследован и введен в научный оборот большой массив ранее почти не использовавшихся исторических источников — клировых ведомостей.

2. Впервые реконструирована территория и получены основные характеристики населения церковных приходов Барнаульского Духовного правления первой половины и середины XIX в.

3. Для реконструкции территории приходов впервые в отечественной историографии использованы возможности геоинформационных технологий, позволяющих изучить пространственные характеристики явлений и процессов действительности, в нашем случае, исторической.

Практическая значимость работы. Выработанная автором методика может использоваться при проведении аналогичных исследований на других территориях, при изучении различных вопросов истории населения и церкви. Материалы диссертации могут бьггь использованы в обобщающих работах по истории Сибири и Алтая, в учебных пособиях, при чтении общих и специальных курсов в высших учебных заведениях.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации были апробированы на научных конференциях различного уровня в Бар-нагуле и Усть-Каменогорске в 2004-2005 гг. и опубликованы в монографии (в соавторстве) и 4 статьях и тезисах докладов общим объемом 4 п л. Ряд результатов был получен автором в результате работы в качестве исполнителя по гранту Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ № 05-06-80220а). Диссертация обсуждалась на заседании кафедры архивоведения и исторической информатики Алтайского государственного университета.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обоснована актуальность темы, проанализирована историография, определены цели, задачи, объект, предмет, территориальные и хронологические рамки, методологическая основа, охарактеризована источниковая база, научная новизна и практическая значимость исследования Первая глава «Клировые ведомости как исторический источник» состоит из трех параграфов и посвящена источниковедческому анализу клировых ведомостей.

В первом параграфе «Клировые ведомости в системе массового церковного учета населения» рассматривается процесс введения учета населения на территории Российской империи, используя сеть православных храмов. Рассмотрены и охарактеризованы некоторые документы церковного учета населения, предпринята попытка их классификации

Церковный учет населения берет свое начало в указах Петра I и Священного Синода первой четверти XVIII в Однако внедрялся он с большим трудом. Наибольшие проблемы возникали в Сибири, причиной этого была огромная малоосвоенная территория, небольшое количество церквей и острая нехватка священнослужителей Система церковного учета населения на территории Сибири продолжала формироваться вплоть до начала XIX в, на протяжении этого времени было создано огромное количество различных документов. Помимо текущего учета населения церковью светские власти делали единовременные запросы о количестве населения на территории духовного правления.

Основными документами церковной статистики являются метрические книги, исповедальные росписи и клировые ведомости. Метрические книги содержат информацию о родившихся, бракосочетавшихся и умерших на территории прихода Исповедальные росписи фиксировали исповедавшихся, не исповедовавшихся и раскольников Это имело большое значение, поскольку исповедь была обязательным обрядом, не бывшие на исповеди наказывались штрафом, раскольники же платили двойной подушный оклад взамен того, что не выделяли средства на содержание церкви и её клира Клировые ведомости, содержащие обобщающую информацию о церкви, её клире и прихожанах, отсылались в духовное правление и далее в консисторию.

На основе данных исповедальных росписей и метрических книг составлялись экстракты, содержавшие итоговые показатели по рассматриваемым в них характеристикам населения. Информация клировых ведомостей также обобщалась, на их основе создавалась «Ведомость о церквах и священнослужителях...» по всем приходам духовного правления, где указывалось название церкви, количество священников, диаконов и причетников, служащих при этой церкви и положенных по штату, количество детей у них. В конце приводились итоги по всем храмам духовного правления Помимо трех основных документов церковного учета населения и экстрактов из них священнослужители вели и ряд других. Например, «обыскная книга» (в неё записывались сведения о врачующихся) и «ведомость о детях священнослужителей», где указывались их возраст, обучаются ли они, и если да, то где, если же нет, то по какой причине.

Массовые источники церковного учета населения можно классифицировать по различным признакам. Они различались в функциональном плане-метрические книги должны были вести регистрацию актов гражданского состояния, исповедальные росписи фиксировать исполнение прихожанами основных христианских обрядов, клировые ведомости, обобщая данные этих двух источников и рада других документов, представляли собой отчет о состоянии на конец года прихода в целом Экстракты из них являлись обобщающим документом, отражающим основные числовые данные Обыскная книга подробно фиксировала акт бракосочетания, ведомость о детях священнослужителей выполняла функцию контроля над детьми духовенства, их своевременной отправки в учебные заведения.

Обыскные книги, метрические книги и исповедальные росписи являлись документами текущего учета населения, остальные были единовременными и содержали данные о населении на момент их составления По первичности сбора сведений церковные источники учета населения делятся на первичные (метрические книги и исповедальные росписи, обыскные книги) и вторичные (клировые ведомости, экстракты из метрических книг и исповедальных росписей и др.)

Можно также разделить церковный учет по периодичности составления доку ментов Клировые ведомости, метрические книги, исповедальные росписи и экстракты из них составлялись ежегодно, новая обыскная книга выдавалась по окончании чистых листов в предыдущей. Ведомости о детях священнослужителей, о количестве дворов и душ в деревнях и селах прихода и некоторые другие документы единовременного характера составлялись по запросу вышестоящих инстанций.

Нужно отметить, что сам термин «клировые ведомости» достаточно условен и характерен скорее для XVIII — начала XIX вв., когда именно информация о клире являлась основной, кроме этого само название «клировая ведомость» редко встречается в документах Барнаульского духовного правления. Данные источники подписаны как «Ведомость о церквах, священноцерковнослужителях, их детях и прочем», «Ведомость о церкви...», «Ведомость о церквах и причгах...».

Начальную дату утверждения клировых ведомостей выявить до сих пор не удалось. Утверждения в литературе, что клировые ведомости были введены в 1769 г., не являются достоверными, поскольку самая ранняя клировая ведомость, сохранившаяся в Центре хранения архивного фонда Алтайского края, датируется 1763 г. Е Д. Твердюкова, рассматривая клировые ведомости Новгородской губернии, обнаружила еще более ранние экземпляры, датируемые 1733 г. Видимо, клировые ведомости начали внедряться параллельно с метрическими книгами и исповедальными росписями.

Во втором параграфе «Форма и структура клировых ведомостей» проводится анализ изменений данного вида документов Барнаульского духовного правления в конце XVIII — первой половине XIX вв.

При рассмотрении клировых ведомостей Барнаульского духовного правления первой половины XIX в. выявились существенные различия между ними, характерные для определенных периодов. По форме, структуре и характеру заполнения их можно разделить на три группы, соответствующие трем хронологическим периодам:

1. До 1803 г.

2. С 1803 до 1829 г.

3. С1829 г. до завершения ведения церковью данного ввда документов.

До начала XIX в клировые ведомости заполнялись иереем по всем

приходам духовного правления и представляли собой таблицу из девяти столбцов, где указывались название и месторасположение церкви, количество дворов в приходе и число прихожан с разделением по половому признаку, имя и фамилия священнослужителя, семейное положение, возраст, когда и кем определен к этой церкви, какие должности проходил ранее и где, имена детей мужского пола, их возраст, чему они обучаются или обучены, а если не обучаются, то почему. Таким образом, клировые ведомости XVIII в. представляли собой в основном сведения о священнослужителях церкви, сводя данные о самой церкви и прихожанах к минимуму.

По указу из Тобольской духовной консистории от 15 апреля 1803 г. клировые ведомости заполняют благочинные священники по всем подотчетным им церквям До 1816 г на территории Барнаульского духовного правления благочинных священников было три, с 1816 г. — четыре. Источник как и ранее представляет собой таблицу, но уже не из девяти, а из одиннадцати столбцов. Дополняются сведения о церкви (деревянная или каменная, однокомплектная или более, достаточно ли снабжена церковной утварью, небольшой отчет об основных документах хранящихся при церкви, земельные владения церкви, информация о проповедях при церкви), данные о священнослужителе (образование, оценка его профессиональных навыков, был ли штрафован или состоял под следствием и за что), также указывалось число раскольников мужского и женского пола.

В 1829 г форма и структура клировых ведомостей качественно изменились. С этого времени они заполнялись в каждой церкви самостоятельно (обычно священником) и должны были отсылаться благочинному священнику не позднее 15 января следующего за отчетным года, благочинный должен был их проверить и переслать в Барнаульское духовное правление Ведомости теперь состояли из трех отдельных частей: ведомость о церкви (записывалась в последовательно пронумерованных строках), о причте, о прихожанах (сводились в две отдельные таблицы по 6 и 5 столбцов соответственно). С введением единой для всех формы клировых ведомостей в 1829 г. до 1864 г. они практически не изменились.

В третьем параграфе «Информационный потенциал и достоверность клировых ведомостей» рассматриваются некоторые данные, которые можно получить из этого вида источников. Предпринята также попытка оценить степень соответствия данных источника с реальными.

Информационный потенциал клировых ведомостей первой половины XIX в , особенно начиная с 1829 г., трудно переоценить, поскольку именно они обобщали информацию большинства церковных документов' исповедальных росписей, метрических книг, следственных дел (производившихся как в отношении церковной собственности, так и в отношении священнослужителей), указов консистории о назначении, увольнении из духовного звания, награждении и пр. Клировые ведомости дают полную характеристику самой церкви, её причта и прихожан, то есть прихода в целом. Клировые ведомости как исторический источник несут в себе массу информации, в том числе и скрытой.

Данные клировых ведомостей позволяют рассматривать некоторые аспекты культовой архитектуры, характеризовать другие церковные документы (метрические, приходно-расходные и обыскные книги, исповедальные росписи), рассмотреть систему церковных приходов, православных и староверческих часовен.

Поскольку именно в этом источнике аккумулированы все важнейшие сведения о церковнослужителях, клировые ведомости дают полную характеристику причта отдельной церкви и духовенства в целом: уровень его материального обеспечения, моральный облик, взаимоотношения клириков внутри своего сословия, а также с прихожанами, позволяют очень точно зафиксировать движение духовенства. Данные о прихожанах церкви

позволяют рассмотреть население отдельных территорий, выявить районы концентрации той или иной группы населения, проследить возникновение и исчезновение населенных пунктов, изменение размеров поселений, рассмотреть эти процессы в динамике.

При изучении народонаселения данный источник имеет ряд преимуществ по сравнению с другими документами церковной статистики и источниками светского характера. В отличие от метрических книг клировые ведомости содержат итоговые данные о количестве прихожан. Исповедальные росписи дают итоговые данные по всему приходу в целом, не указывая количество жителей в отдельных населенных пунктах. Главное преимущество клировых ведомостей над ревизскими сказками — ежегодное их составление Помимо этого существенным преимуществом клировых ведомостей являются обозначение толка раскольников, зарегистрированных на территории прихода, учет категории прихожан, не учтенных ревизиями

Различные исследователи по-разному оценивают достоверность как церковной статистики в целом, так и клировых ведомостей в частности Говорить о достоверности клировых ведомостей как категории источников в целом достаточно сложно. Степень достоверности каждого массива клировых ведомостей индивидуальна Следует учитывать множество факторов, так или иначе влияющих на достоверность: территорию прихода, количество священнослужителей, их возраст, образование, профессиональный уровень, материальное обеспечение, моральный облик, число прихожан, принадлежность их к той или иной группе населения и многое другое

Скептицизм ряда исследователей в отношении достоверности клировых ведомостей легко понять. Источники зачастую сами сообщают факты, заставляющие усомниться в их точности - большое количество прихожан и наличие отдаленных населенных пунктов в приходе, множественные проступки священнослужителей, особенно при наличии в церкви клирика, данные о штрафах которого располагаются на двух-трёх страницах клировой ведомости

Вместе с тем, мы считаем, что на протяжении первой половины XIX в. достоверность клировых ведомостей неуклонно возрастает, особенно после того, как в 1829 г. была введена единая их форма для всей территории Российской империи.

В пользу достоверности клировых ведомостей Барнаульского духовного правления говорят следующие факторы— единая для всех приходов форма документа,

— ежегодное заполнение,

— использование в качестве основы документов первичного учета населения;

— наказания за нарушения в ведении документов церковной статистики;

— двухуровневая проверка данных (благочинным священником и духовным правлением);

— высокий образовательный и профессиональный уровень проверявших ведомости.

Сомневаться же в достоверности клировых ведомостей можно в силу следующих обстоятельств:

— большое количество раскольников на территории Колывано-Воскресенского (Алтайского) горного округа;

— недобросовестное отношение к своим обязанностям некоторых священнослужителей;

— нестабильность границ приходов;

— низкий образовательный уровень клириков;

— большая территория приходов;

— нехватка священнослужителей.

Последние три фактора к середине XIX в. постепенно теряют свою силу и характерны лишь для нескольких приходов Барнаульского духовного правления.

Вторая глава «Методика обработки клировых ведомостей» содержит описание методики обработки клировых ведомостей с использованием информационных технологий' создание базы данных и географической информационной системы. В ней приводятся результаты исследования изменения системы приходов и количества прихожан Барнаульского духовного правления в 1804-1864 гг. на основе использования ГИС. Глава состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе «Создание базы данных по материалам клировых ведомостей» описывается электронная база данных, созданная с использованием программы Microsoft Excel на основе информации клировых ведомостей, сохранившихся в ЦХАФ АК.

За основу была взята реляционная модель создания базы данных. Все данные в этой модели представляются в виде таблиц, обеспечивая единообразие представления данных. Избыточность информации за счет многократного повторения некоторых данных компенсируется более простой структурой их представления.

База данных состоит из 94 таблиц соответственно количеству церквей, подчинявшихся Барнаульскому духовному правлению в 1804-1864 гг Количество столбцов в каждой таблице от 9 до 50, в зависимости от числа указанных в клировых ведомостях церкви категорий населения. Минимальное количество столбцов присутствует в таблицах церквей, вышед-

ших к 1829 г. из Барнаульского духовного правления, поскольку только с 1829 г. в источнике начинают указываться населенные пункты, входившие в приход, с разделением их населения на различные категории. Максимальное количество столбцов насчитывается в таблице Бийской Успенской церкви, население прихода которой было наиболее пестрым В целом в базе данных присутствует 80 различных столбцов.

Второй параграф «Создание госинформационной системы по приходам Барнаульского духовного правления» содержит методику создания и применения, а также описание структуры созданной ГИС. На основе базы данных и оцифрованной карты Алтайского горного округа, используя программу Atlas GIS 4.0, нами была создана геоинформационная система по приходам Барнаульского духовного правления.

ГИС создана на основе карты Алтайского округа за 1899 г., она включает в себя, в частности, географически привязанные населенные пункты Проблема хронологического несоответствия карты и рамок исследования не стоит, поскольку административно-территориальное деление округа нами не рассматривалось, населенные пункты, исчезнувшие к 1899 г, составляли меньшинство, их местонахождение легко определялось по тексту источника, поскольку в нем указывалось расстояние от поселения до церкви и препятствия на этом пути

Хронологически ГИС охватывает три даты 1829,1846,1864 гг. Первый срез обусловлен изменением формы клировых ведомостей, поскольку только с 1829 г возможно проследить населенные пункты, входившие в приход, восстановить территорию прихода, численность и принадлежность к той или иной категории прихожан Границы приходов выделены достаточно условно, поскольку приход мы рассматриваем как объединение людей, относящихся к определенной церкви, или же отдельных населенных пунктов, в которых они проживали. Территории приходов не имеют общих границ как при государственном административно-территориальном делении. Исключение составляют ряд населенных пунктов, население которых относилось к двум и более приходам одновременно. 1846 г был взят как средняя дата, год перся всплеском церковного строительства в 50-х гт. XIX в. К1864 г широкомасштабное строительство церквей и образование новых приходов завершается, именно 1864 г. показывает как результаты этого строительства, так и результаты отмены зависимости крестьян и мастеровых

ГИС состоит из 11 независимых слоев. Для каждого прихода и населенного пункта указано количество жителей с разделением по полу и на 13 основных, выделяемых клировыми ведомостями категорий населения: раскольники, дворяне, военные, казаки, приказные, мещане, мастеровые, государственные крестьяне,

заводские крестьяне, казенные крестьяне (отдельно выделенные клировыми ведомостями казенные крестьяне являются, видимо, государственными крестьянами, переселившимися на территорию округа по указу 1822 г и приписанными казенной палатой), ссыльные, инородцы, дворовые Для каждого населенного пункта отмечено, в приход какой церкви он входил на тот момент времени

В третьем параграфе «Изменения территории приходов» анализируется система приходов Барнаульского духовного правления в 1804-1864 гг

В 1805 г. в Барнаульское духовное правление входило 24 церкви. Территория была поделена на три благочиния с центрами в Барнауле (5 приходов), Чингинской (9 приходов) и Тальменской (10 приходов) слободах. В 1809 г на территории Тальменского благочиния был образован новый приход. В1813 г центр благочиния был перенесен из Тальменской слободы в Бслоярскую В 1816 г. из Белоярского благочиния выделяется новое с центром в Колывансиой Воскресенской церкви, в него входило 4 церкви, соответственно до 6 сократилось количество церквей в благочинии с центром в Белоярской слободе. В конце 1829 г число церквей, входивших в Барнаульское духовное правление, сокращается с 25 до 16, поскольку часть приходов была передана в соседние духовные правления (Кузнецкое и Колыванское) ввиду большей к ним близости.

В клировых ведомостях, начиная с 1829 г, указываются населенные пункты, входившие в приход, что позволяет выделить территорию приходов Барнаульского правления и количество населенных пунктов в них В 1829 г. в рассматриваемые приходы входило 536 населенных пунктов Границы большинства приходов не были стабильны, число населенных пунктов в них постоянно менялось, особенно в «южных» горных приходах. Это было вызвано рядом факторов: освоением территории, появлением новых поселений, переселением, обширными границами приходов и большим количеством прихожан, труднодоступностью некоторых населенных пунктов. Перераспределяя населенные пункты между церквями, духовное правление пыталось решить эти проблемы. Помимо этого идет перераспределение населенных пунктов между духовными правлениями, а также образуются новые поселения, некоторые прекращают свое существование.

Приходы, входившие в Барнаульское духовное правление, охватывали огромные территории и были образованы еще в XVIII в При постоянном росте населения и образовании новых населенных пунктов требовались новые церкви, новые приходы, которые «разгрузили» бы уже существующие Но только в 30-е г.г. XIX в. начинается строительство новых храмов К 1846 г. Барнаульское духовное правление состояло из 25 приходов и значительно расширилось на юг и восток, поскольку часть новых церквей нахолилась на территории, не входившей ранее в Барнаульское духовное правление, но при образовании там приходов была передана ему из-за близости расположения.

В 1847 г., при рассмотрении в Комитете Министров государственных имуществ в Сибири, было обращено внимание на недостаток там православных церквей и на стесненное положение духовенства. Следствием этого был небывалый всплеск строительства новых церквей и образования новых приходов в 50-е гг. Зачастую церковь еще не была достроена и освящена, но приход был уже образован и причт был определен. Почти ежегодно образовывался новый приход, а во второй половине 50-х гг. каждый год выделялось несколько новых приходов.

В итоге к 1864 г. в Барнаульское духовное правление входило уже 89 приходов, территория которых еще далее расширилась на юг, поскольку после ликвидации Семипалатинского духовного правления часть его приходов была передана Барнаульскому. За счет расширения территории правления и образования новых населенных пунктов их общее количество увеличилось до 655.

В четвергом параграфе «Численность и состав населения приходов» на основе анализа с использованием ГИС рассматривается количество и распределение по территории прихожан Барнаульского духовного правления в целом и основных его категорий.

Население, подотчетное Барнаульскому духовному правлению, на протяжении рассматриваемого периода численно увеличивалось, это происходило, главным образом, за счет включения новых территорий в приходы правления, исключением является сокращение на рубеже 1829-1830 гг., когда треть приходов вышла из его состава. Рассмотрение населения приходов подтверждает факт роста населения Колывано-Воскресенского (Алтайского) горного округа за счет внутреннего прироста населения и отсутствие широкого переселенческого движения в этот район, фиксируются перемещения больших групп населения только внутри региона.

В начале XIX в. среди прихожан Барнаульского духовного правления большинство составляют женщины, к 1864 г их удельный вес увеличивается. Женщины составляют большинство среди всех групп населения

Наибольшими по численности группами населения являлись заводские крестьяне, заводские мастеровые и раскольники. Но если количественно первые две группы достаточно стабильно увеличивались, то большое число раскольников в начале периода сменилось резким спадом их численности в начале второй половины XIX в. Это связано с увеличением числа приходов, постоянным давлением со стороны государства и церкви, более ши-

роким и активным введением единоверия, бегством староверов в поисках «Беловодья» дальше на юг и восток.

Клировые ведомости позволяют рассмотреть как падение уровня производства на Змеиногорском руднике повлекло резкое сокращение численности населения, как в поселке при руднике, так и в приходе Змеиногорсиой Преображенской церкви Активная работа Зыряновского и Риддерского рудников сопровождалась стабильным ростом численности населения в их поселках и близлежащих населенных пунктах. Освобождение мастеровых и переход их в другие сословия вызвали снижение их численности к 1864 г. и увеличение числа крестьян и мещан.

Остальные группы населения были достаточно малочисленными, и на изменение демографической картины региона влияли мало Поскольку в 1829-1864 гг. регион был в основном промышленным, на его территории располагалось всего два города (Барнаул и Бийск), количество мещан и купцов в которых было не столь большим Входившая в приходы Барнаульского духовного правления восточная часть Колывано-Кузнецкой оборонительной линии к тому времени не имела стратегического значения, гарнизоны солдат и казаков, расквартированные там, были малочисленными, а к концу периода статус военных укреплений сохранила лишь небольшая ее часть. По вышеописанным же причинам среди прихожан было мало представителей дворянства и, как следствие этого, дворовых В кли-ровых ведомостях указывается, что в некоторых деревнях проживали дворовые, но хозяин их здесь не живет После реформы они перешли в разряд крестьян и продолжали жить в тех же населенных пунктах

Казенные и государственные крестьяне проживали лишь в Новоенисейской и Смоленской государственных волостях и не составляли большой группы. Ссылка на территорию Колывано-Воскресенского горного округа не была развита, поэтому ссыльные также были немногочисленны.

Категория инородцев по данным клировых ведомостей также была небольшой, поскольку помимо явного преимущества русского населения в данном регионе, видимо, учитывались лишь инородцы, обращенные в православие. Приказные ввиду специфики деятельности данной категории населения не могли насчитывать большого количества.

Третья глава «Характеристика причта церквей Барнаульского духовного правления» посвящена рассмотрению священнослужителей церквей Барнаульского духовного правления по данным клировых ведомостей На основе сравнительного анализа принтов Павловской Введенской и Тальменской Михайло-Архангельской церквей как наиболее типичных выявляются различия между положением духовенства сельских и заводских приходов

В начале XIX в. в приходах Барнаульского духовного правления наблюдалось достаточно плачевное состояние штата священнослужителей: острая их нехватка, низкий образовательный уровень и подчас халатное отношение к своим обязанностям За период с 1805 по 1864 гг. увеличение числа духовенства и улучшение его материального обеспечения обострили конкуренцию в этой среде, благодаря чему наиболее важные должности заняли добросовестные и примерные в поведении клирики.

В начале XIX в. нехватка клириков не позволяла применять серьезные виды наказания, а запрещение служения носило зачастую формальный характер, поскольку исполнять службы при церкви было попросту больше некому. Однако постепенно наказания за проступки и преступления ужесточались Нарушения христианской морали и несоответствующее сану поведение (как правило, так квалифицировались в церковных документах пьянство и мздоимство клириков) влекли за собой запрещение служения и выполнения треб либо исключение из духовенства.

Благодаря этому к концу рассматриваемого периода значительно вырос образовательный уровень приходского духовенства, его профессиональные навыки и моральный облик Тем не менее различия в положении духовенства сельских и заводских церквей сохранялись, материальное обеспечение заводских клириков было значительно выше, нежели сельских. Вследствие этого в массе сельских церквей наблюдалась постоянная ротация клириков, некоторые из них не имели никакого образования, слабо справлялись со своей должностью, постоянно нарушали установленные законы и порядки Стоит отметить участие священнослужителей Барнаульского духовного правления в миссионерской, образовательной и медицинской сферах деятельности, их действия по расширению сети православных церквей в регионе.

В заключении подводятся итоги исследования Проведен источниковедческий анализ клировых ведомостей Барнаульского духовного правления 1804-1864 гг. Подробно рассмотрены форма и структура источника, их изменение на протяжении рассматриваемого периода, оценена степень информативности и достоверности клировых ведомостей. Клировые ведомости Барнаульского духовного правления являются ценным источником и имеют широкую область применения в исторических исследованиях, однако подходить к их достоверности следует индивидуально

На основе клировых ведомостей созданы база данных и геоинформационная система по приходам Барнаульского духовного правления, позволяющие рассмотреть изменение их территории, численность и размещение населения в рассматриваемый период Привлечение методов исторической картографии и создание геоинформационной системы, несмотря на

всю трудоемкость этого процесса, позволили не только визуализировать результаты исследования, но и провести пространственный анализ территории и населения приходов Барнаульского духовного правления первой половины XIX в. Проанализированы основные тенденции развития и размещения населения рассматриваемых приходов.

Рассмотрены некоторые проблемы истории духовенства рассматриваемого региона. На протяжении первой половины XIX в. увеличивалось его количество, рос образовательный уровень, снижалось число должностных проступков. Рассмотрены нарушения в среде духовенства, выявлены основные их виды. Подвергнуты анализу и классификации системы наказаний и поощрений клириков Барнаульского духовного правления. Отмечены наиболее выдающиеся представители священнослужителей.

В целом клировые ведомости содержат в себе огромный массив информации, в том числе и скрытой, и могут подвергаться разностороннему анализу, открывая новые темы для исследований. Единая для всех церквей Российской империи форма клировых ведомостей и все больший интерес к данному виду источников позволяют говорить о возможности создания общей картины приходов как отдельных регионов, так и страны в целом.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Владимиров В.Н., Силина И.Г., Чибисов М.Е. Особенности ведения и структуры клировых ведомостей в Колывано-Воскресенском (Алтайском) горном округе в конце XVIII — первой половине XIX вв. // Эгаоде-мографические процессы в Казахстане и сопредельных территориях. Часть I. Усть Каменогорск, 2005. С. 97-102. (авт. вклад — ОД п.л).

2. Чибисов М.Е. Церковные приходы Барнаульского духовного правления в первой половине ХЕХ в. (по материалам клировых ведомостей). И Барнаул на рубеже веков: итоги проблемы перспективы. Барнаул: изд-во Алт. гос. ун-та, 2005. С. 87-91. (0,3 п.л.).

3. Чибисов М.Е. Духовенство приходов Барнаульского духовного правления в 1804-1828 гг. (по материалам клировых ведомостей) // Актуальные вопросы истории Сибири. Пятые научные чтения памяти профессора А.П. Бородавкина. Барнаул: Аз Бука, 2005. С. 3-7. (0,1 п.л.).

4. Чибисов М.Е. Приход Михайло-Архангельской церкви с. Тальмен-ка в первой половине XIX в. (по материалам клировых ведомостей) // Ш научные чтения памяти Ю.С. Булыгина. Барнаул: Аз Бука, 2005. С. 6472. (0,4 п.л.).

5. ВладимировВ.Н., СилинаИ.Г., Чибисов М.Е. Приходы Барнаульского духовного правления в 1829-1864 гг. (по материалам клировых ведомостей). Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та, 2006. (авт. вклад — 3 п.л.).

»•-49 18

Подписано в печать 20.02.2006 Печать офсетная. Бумага дня множительных аппаратов Формат 60x841/16. Усл. печ. л. 1,4 3аказ№£3. ТЪраж 100экз. Бесплатно

Типография Алтайского государственного университета 656049, г. Барнаул, Димитрова, 66


 

Оглавление научной работы 

Введение.

Глава 1. Клировые ведомости как исторический источник.

1.1 Клировые ведомости в системе массового церковного учета населения.

1.2. Форма и структура клировых ведомостей.

1.3. Информационный потенциал и достоверность клировых ведомостей.

Глава 2. Методика обработки клировых ведомостей.

2.1. Создание базы данных по материалам клировых ведомостей.

2.2. Создание геоинформационной системы по приходам Барнаульского духовного правления.

2.3. Изменения территории приходов.

2.4. Численность и состав населения приходов.

Глава 3. Характеристика причта церквей Барнаульского духовного правления.

Заключение.

 

Введение.

Актуальность темы. Рассмотрение истории любого региона, страны в целом или ряда стран невозможно без рассмотрения истории народонаселения, различных объединений и общностей людей, что требует обращения к массовым источникам.

Внедрение компьютерных технологий обработки массовых источников позволило расширить источниковую базу исторических исследований и выйти на микроуровень в исторических исследованиях. Сегодня целый ряд научных центров (в Санкт-Петербурге, Тамбове, Петрозаводске, Туле, Барнауле и др.) интенсивно занимаются разработкой новых методов, поиском и анализом массовых исторических источников. Стремительное развитие информационных технологий приводит к появлению множества работ, разносторонне анализирующих массивы архивных источников.

В последнее время исследователи все больше обращают внимание на массовые источники церковного учета населения (метрические книги, исповедальные росписи, клировые ведомости). Но если метрические книги и исповедальные росписи уже достаточно интенсивно используются в исторических исследованиях, то введение в научный оборот клировых ведомостей находится пока на начальной стадии.

Применение новых информационных технологий породило множество новых научных дисциплин, смежных с информатикой. К их числу относится и возникшая совершенно недавно геоинформатика, основанная на применении географических информационных систем (ГИС). Однако исследования с применением геоинформационных систем еще не стали заметным явлением в отечественной историографии. Между тем в зарубежной исторической науке ГИС нашли свое применение гораздо раньше и используются очень широко.

Возникновение геоинформационных систем и все более активное их применение в исторической науке привело к тому, что сегодня можно говорить о возникновении исторической геоинформатики, особой отрасли науки, возникшей на стыке истории, географии и информатики.

Изучение истории народонаселения непосредственно связано с рассмотрением различных объединений и общностей людей. Однако до недавнего времени в отечественной историографии основное внимание уделялось светским формам объединения населения. Изучение сообществ религиозного характера незаслуженно оставалось в стороне, несмотря на то, что порой религиозные объединения возникали ранее светских и функционировали на всей территории России, в них входило подавляющее большинство населения вне зависимости от их сословной принадлежности и рода занятий.

Основной единицей объединения населения Российской империи по религиозному принципу являлся приход той или иной церкви. Приход был объединением людей, которые для отправления различного рода обрядов посещали один и тот же храм или же обращались к священнослужителям этого храма. В приход формально входили и представители групп, не приемлющих Русскую православную церковь, или же относящихся к другим конфессиям. Формальная принадлежность раскольников и иноверцев к тому или иному приходу объясняется борьбой русской православной церкви с расколом и её миссионерской деятельностью, а также попыткой так или иначе контролировать оппозиционные ей течения.

Историография. Рассмотрение истории любой территории невозможно без обращения к истории народонаселения. Первоначально изучение истории народонаселения сводилось лишь к изучению «исторической статистики населения», и было развито слабо. Со временем народонаселение стало объектом исследования особой науки - демографии.

Прорыв в изучении истории народонаселения произошел в 50-е г.г. XX в. и был связан с возникновением в европейской науке исторической демографии как отдельной отрасли знания на стыке двух наук - истории и демографии. Это было вызвано стремлением найти объяснение современным демографическим процессам, отыскать аналогии в истории развитых обществ с демографической эволюцией развивающихся. Другой момент был связан с растущим интересом к экономическим и социальным аспектам демографических изменений. Довольно быстрое развитие исторической демографии было неразрывно связано с широкомасштабным изучением массовых источников по истории народонаселения.

Определение понятия «массовые источники» в отечественной исторической науке начало складываться в конце 50-х - начале 60-х гг. XX в. и возникло, как противопоставление «уникальным источникам». В процессе эволюции данного термина выявилось два основных подхода к этому определению. В основе подхода, главным выразителем которого был Б.Г. Литвак, лежит учет обстоятельств и целей происхождения источников и их формы . Второй подход, предложенный И.Д. Ковальченко, обращает внимание на содержание заключенной в источниках информации.

В отечественной исторической науке на сегодняшний момент наиболее распространенным является определение массовых источников, данное академиком И.Д. Ковальченко: «Массовые источники - это источники, которые

1 Шелестов Д.К Историческая демография. М., 1987. С. 5-6.

2 Демография: современное состояние и перспективы развития: Учеб. пособие. М., 1997. С. 48-49.

3 Литвак Б.Г. Очерки источниковедения массовой документации XIX - начала XX в. М., 1979.

4 Лубский А.В. Пронштейн А.П. Некоторые теоретические и методологические проблемы источниковедения массовых источников. / Источниковедение отечественной истории. 1981. Сб. статей. М., 1982. С. 3. отражают массовые данные о различного рода общественных системах с присущими им структурами и функциями»1.

Введение понятия массовых источников фактически открыло новую страницу в отечественном историческом источниковедении. Обращение к данным источникам влечет за собой переосмысление целого ряда аспектов традиционного источниковедения и исторической методологии. В зарубежной науке понятие «массовые исторические источники» отсутствует, в этом плане используется термин «массовые данные» (mass data) и проблемы работы с ними решаются гораздо более прагматично, они сводятся, как правило, лишь к особенностям их обработки с помощью современных информационных технологий. И.Д. Ковальченко разделял источник и данные, по его мнению, источник является сложной системой, а данные это лишь результат исследовательской деятельности.

Обработка и анализ массовых источников тесно связаны с необходимостью обращения к сложным математико-статистическим методам обработки данных. Эти процедуры на начальном этапе требовали больших затрат времени, поскольку данные операции долгое время выполнялись «вручную». Тем не менее, тем же И.Д. Ковальченко, был сделан первый шаг в этом направлении.

Появление первых электронно-вычислительных машин (компьютеров) дало мощный толчок в расширении и углублении изучения массовых исторических источников. Одним из первых к их помощи обратился И.Д. Ковальченко. В 1962 г. в Лаборатории по применению электронных вычислительных машин в гуманитарных исследованиях при институте математики Сибирского отделения АН СССР, используя ЭВМ, были обработаны подворные описи. И.Д. Ковальченко отметил эффективность применения ЭВМ для об

1 Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования. М., 1987. 19.

2 Источниковедение новейшей истории России: теория, методология и практика / Под общ. ред. А.К. Соколова. М., 2004. С. 448-449.

3 Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования. М., 1987. С. 19-20.

4 См., например: Ковальченко И.Д. Крестьяне и крепостное хозяйство Рязанской и Тамбовской губерний в первой половине XIX в. М., 1959. работки массовых историко-статистических данных, состоящую не столько в огромной экономии времени и усилий исследователя, а, прежде всего, в том, что открываются такие пути обработки данных, которые недоступны при обычных методах1. Но говорить о каком-то прорыве в этой области было еще рано, поскольку вплоть до появления персональных компьютеров использовать вычислительные машины для обработки массовых источников могли позволить себе лишь крупные научно-исследовательские центры.

Несовершенство компьютеров первых поколений, трудоемкость и ненадежность подготовки информации на бумажных носителях (перфолентах и перфокартах), отсутствие специализированных пакетов программ не позволяли эффективно применить компьютеры при обработке массовых историчел ских источников . Подобные работы до конца 80-х гг. прошлого века были скорее исключением, нежели правилом, в основном это были исследования по аграрной истории. Среди них особняком стоят основательные работы И.Д.Ковальченко и Л.В.Милова, и Б.Н. Миронова.

Тем не менее, как отметил И.Д. Ковальченко в интервью для «Информационного бюллетеня Комиссии по применению математических методов и ЭВМ в исторических исследованиях при Отделении истории АН СССР» (1990 г.): «.Путь был проделан большой: от разведки боем, имевшей место в 60-х гг., через выявление проблем, решение которых требует применения количественных методов и ЭВМ, и апробацию различных методов в 70-х гг.

1 Ковальченко И.Д. Русское крепостное крестьянство. М., 1967. С. 50-51.

2 Кащенко С.Г. Изучение массовых источников XIX - начала XX вв. на кафедре источниковедения истории России Санкт-Петербургского университета (1991-2001 гг.) // Историография и источниковедение отечественной истории: Сб. науч. статей и сообщений. СПб., 2001. С. 15. Подробнее о данной технологии использования ЭВМ: Дегтярев А.Я., Кащенко С.Г., Раскин Д.И. Новгородская деревня в реформе 1861 г.: опыт изучения с использованием ЭВМ. JL, 1989. С 46-55.

3 Ковальченко ИД. Русское крепостное крестьянство. М., 1967.; Ковальченко ИД., Милов JI.B. Всероссийский аграрный рынок XVIII - начала XX вв. М., 1974.

4 Миронов Б.Н. Внутренний рынок России во второй половине XVIII - первой половине XIX вв. Л., 1981.; Он же Хлебные цены в России за два столетия (XVII - XIX вв.). Л., 1985. к анализу многих сложных явлений и процессов исторического развития на основе применения новых методов в 80-х гг.»1

Помимо этого, наметились явные тенденции возрастания интереса к массовым источникам, которые отличаются большой степенью информационной отдачи и адекватного отражения действительности, характеризуя изучаемые объекты по целому ряду признаков . Вышло несколько работ посвященных вопросам источниковедения массовых источников . За 1976-1986 гг. вышло более 200 работ и публикаций, посвященных проблемам применения математических методов и ЭВМ4.

Появление персональных компьютеров произвело настоящий взрыв, так называемая «микрокомпьютерная революция», затронувшая все области человеческой деятельности, не обошла стороной и историческую науку. Компьютеры стали доступнее для историков, появилась и постоянно совершенствуется масса программного обеспечения, в том числе и специализированного, направленного на использование исключительно в исторических исследованиях. Стандартное программное обеспечение в свою очередь становится все более универсальным, позволяя более широко применять его в исторических исследованиях.

Процесс информатизации исторических исследований привел к появлению понятия «историческая информатика». Появление исторической информатики непосредственно связано с созданием в 1986 г. Международной Ассоциации «History and Computing» (АНС), которая координирует деятельность историков разных стран, применяющих в своей исследовательской практике и учебном процессе компьютерные методы и технологии. В данную

1 Ковальчеико И.Д. Научные труды, письма, воспоминания. (Из личного архива академика): Сборник материалов. М., 2004. С 464.

2 Лубский А.В. Пронштейн А.П. Некоторые теоретические и методологические проблемы источниковедения массовых источников // Источниковедение отечественной истории. 1981. Сб. статей. М., 1982. С. 3.

3 Массовые источники по социально-экономической истории России периода капитализма. / Под ред. И.Д. Ковальченко. М., 1979.; Миронов Б.Н. Степанов З.В. Историк и математика. (Математические методы в исторических исследованиях). М., 1975.

4 Миронов Б.Н. История в цифрах. Математика в исторических исследованиях. JL, 1991. С. 3. ассоциацию входит множество её региональных и национальных ветвей, в том числе, с 1992 г. Ассоциация «История и компьютер», объединяющая специалистов по исторической информатике России и некоторых стран СНГ1.

Внедрение компьютерных технологий обработки массовых источников позволило расширить источниковую базу исторических исследований и выйти на микроуровень в исторических исследованиях. Это привело в 90-е гг. XX в. к формированию, по определению H.JI. Пушкаревой, «новой исторической демографии» , которая стала одним из ведущих направлений в Российской исторической науке.

Сегодня целый ряд научных центров (в Санкт-Петербурге, Тамбове, Петрозаводске, Туле, Барнауле и др.) интенсивно занимаются разработкой новых методов, поиском и анализом массовых исторических источников. Стремительное развитие информационных технологий приводит к появлению множества работ, разносторонне анализирующих массивы архивных источников, в связи с чем исследователи говорят об «информационном взрыве»3.

Широкое применение новых информационных технологий породило множество новых научных дисциплин, смежных с информатикой. К их числу относится и геоинформатика, основанная на применении географических информационных систем (ГИС), представляющих собой особый вид программного обеспечения - автоматизированные информационные системы,

1 Историческая информатика./Под ред. Л.И. Бородкина, И.М. Гарсковой. М., 1996. С. 5-7; Бородкин Л.И. Историческая информатика в СССР/России: ретроспектива, состояние, перспективы // История и компьютер: Новые информационные технологии в исторических исследованиях и образовании. St. Katharinen, 1993. С. 251-273; Бородкин Л.И. Информатика, математика, история: персонификация междисциплинарного процесса // Круг идей: новое в исторической информатике. М., 1994. С. 9-14; Бородкин Л.И. Историческая информатика в развитии: методологические аспекты // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. М., 1996. С. 12-27.

2 Пушкарева Н.Л. Частная жизнь русской женщины: невеста, жена, любовница (X -начало XIX в.). М., 1997. С. 7.

3 Кащенко С.Г. Современные исследования по исторической демографии России. Особенности массовых источников и некоторые проблемы их изучения // Материалы VIII конференции Ассоциации «История и компьютер». М., 2002, С. 182. предназначенные для обработки пространственных и атрибутивных данных, основой интеграции которых служит географическая информация1.

Картографический метод традиционно применяется в исторической науке, в основном для визуализации различных процессов. Но до начала широкого применения компьютерных технологий в истории карты использовались не слишком широко и в основном только для нанесения на них тех или иных исторических данных или отдельных результатов изысканий того или иного ученого . Несмотря на то, что в области источниковедения массовых исторических источников, как отмечали в середине 80-х Б.Г. Литвак и С.И. Сотникова, картографический метод является очень перспективным, его возможности не только далеко не полно используются в исторической науке, но и неизвестны широкому кругу исследователей3. Исторические исследования, использующие карту как основу анализа, были немногочисленны в силу трудоемкости данного метода. Использование ГИС значительно упрощает данный процесс, расширяя возможности картографического метода, хотя создание ГИС также сопряжено с большими затратами, в том числе и материальными.

К сожалению, исследования с применением геоинформационных систем еще не стали заметным явлением в отечественной историографии4. Среди немногочисленных исследователей, широко привлекающим ГИС в своих исследованиях, следует отметить Н.В. Пиотух5 и В.Н. Владимирова1.

1 Цветков В.Я. Геоинформационные системы и технологии. М., 1998. С.8.

2 Пиотух Н.В. Картографический метод в исторических исследованиях: прошлое и настоящее // История. Карта. Компьютер: Сб. науч. статей. Барнаул, 1998. С. 73.

3. Литвак Б.Г, Сотникова С.И. Картографический метод в источниковедении // Источниковедение Отечественной истории. 1986. М., 1986. С. 3.

4 Владимиров В.Н. Историческая геоинформатика: геинформационные системы в исторических исследованиях. Барнаул, 2005. С. 20.

5 См., например: Пиотух Н.В. О возможностях компьютерного картографирования при работе с данными писцовых книг начала XVII и материалами Генерального межевания второй половины XVIII в. // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. М., 1996. С. 309-310; Пиотух Н.В. Хозяйственная деятельность крестьянства XVII — XVIII веков с точки зрения пространственного статистического анализа // Источник. Метод. Компьютер. Баранаул, 1996 С. 190-213; Piotukh Nina V. The Application of GIS Techniques to Russian Historical Research: the Novorgev District Used as a Case Study // History and Computing, 1996, Vol. 8, № 3. P. 169-183; Пиотух Н.В. Пространственно-хозяйственная

Между тем в зарубежной исторической науке ГИС нашли свое применение гораздо раньше и используются очень широко в социальной и экономической истории, археологии, исторической демографии и многих других областях исторической науки . На сегодняшний день выпушено несколько серьезных изданий, посвященных исключительно использованию ГИС в ric-торических исследованиях и обобщающих опыт применения геоинформационных технологий в исторической науке. Первой такой работой был сборник трудов семинара по компьютерному картографированию, состоявшегося во Флоренции в 1994 г. типология (проблема выбора метода классификации) // Круг идей: макро- и микроподходы в исторической информатике. Т.Н. Минск, 1998. С. 5-19; PiotukhNina V. Spatial Analysis of the Agricultural Activities of Russian Peasants in the second half of the Eighteenth century // Data Modelling, Modelling History. Moscow, 2000. P. 181-196; Пиотух H.B. Сельское расселение: структура и факторы размещения хозяйства (по материалам Новоржевского уезда второй половины XVIII в.) // Археология и история Пскова и Псковской земли. Псков, 2001. С. 116-134; Пиотух Н.В., Фролов А.А. Электронный историко-географический атлас Деревской пятины // Круг идей: электронные ресурсы исторической информатики. М.Барнаул, 2003. С. 198-233; Пиотух Н.В. Картографический метод в исторических исследованиях // Историческая география: теория и практика. СПб, 2004. С. 30-38 и др.

1 Владимиров В.Н. История, карта, компьютер. (о возможностях исторического компьютерного картографирования) // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. М., 1996. С. 297-305; Владимиров В.Н. Пространственный анализ и компьютерное картографирование в изучении социально-экономических процессов в Сибири XIX — начала XX в. // Материалы научных чтений памяти академика И.Д. Ковальченко. М.,

1997. С. 121-132; Vladimirov V.N. Computer assisted historical cartography: new opportunities for historical research // History and Computing. 1997. Vol.9. Nos 1, 2 and 3. P. 78-93; Владимиров В.Н. Назад к пространственному анализу? // Круг идей: макро- и микроподходы в исторической информатике. Труды V конференции Ассоциации «История и компьютер». Минск, 1998. С. 10-17; Владимиров В.Н. Историческая география и картография в зеркале исторической информатики // Современное историческое сибиреведение XVII - начала XX вв. Барнаул, 2005. С. 55-71; Владимиров В.Н. История и география: пути взаимодействия // Вестник НГУ. Серия: история, филология. Т.4. Вып.2. История. Новосибирск, 2005. С. 77-82; Владимиров В.Н. От исторического картографирования к исторической геоинформатике // Круг идей: алгоритмы и технологии исторической информатики. Труды IX конференции Ассоциации «История и компьютер». М.-Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та, 2005. С. 22-40; Владимиров В.Н. Историческая геоинформатика: геоинформационные системы в исторических исследованиях. Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та, 2005. и др.

2 См., например: Rowney D. Geographic Information Systems as a Tool in the Study of Political Economy: State, Economy and Regional Policy in Russia at the Turn of the Century .//Data modeling. Modeling history. M., 2000. P. 124-147.; Bartley K., Ell P., Lee J. From manuscript to multimedia.//TaM же P. 148-180.;Ott Т., Swiaczny F. The analysis of cultural landscape change: A GIS approach for handing spatio-temporal data.//History and Computing.

1998. Vol. 10. Nos. 1-3. P. 37-49. и др.

3 Coordinates for Historical Maps. Ed. M. Goerke. St.Katharinen, 1994.

Среди более поздних работ выделяются изданный в 2000 г. специальный выпуск журнала «Social Science History»1, а также изданная в 2002 г. компанией ESRI, производителем ряда пакетов ГИС, коллективная работа «Past time, past place: GIS for history»2. Последняя по времени методическая сводка использования геоинформационных технологий в исторических исл следованиях была опубликована в журнале «History and Computing» /

Сегодня осуществляется ряд проектов создания национальных исторических геоинформационных систем (National Historical GIS): в Ирландии, Дании, Великобритании, Албании, Германии, Голландии, Португалии, Канаде и других странах. Большинство из них было представлено на шестнадцатой международной конференции Ассоциации «History and Computing», прошедшей 14-17 сентября 2005 г. в Нидерландах4.

Среди исследователей, активно применяющих ГИС в области исторической демографии, можно выделить Я. Грегори, рассматривающего в своих работах методологические проблемы применения ГИС в исторических исследованиях, а также различные демографические характеристики населения Англии и Уэльса на основе анализа геоинформационной системы, созданной при помощи пакета ARC/INFO5. Исследователь использует в своих работах массовые источники церковного учета населения и рассматривает территорию с точки зрения разделения её на приходы, а не на государственные административно-территориальные единицы6. Можно назвать еще несколько

1 Social Science History. 2000. Vol. 24. No. 3.

2 Past time, past place: GIS for history ./Ed. A.K. Knowles. Redlands, 2002. XX.

3 History and Computing. 2001. Vol.13. No 1. P. 1-97.

4 Помимо изданной по её итогам книги Humanites, Computers and Cultural Heritage. Proceedings of XVIth international conference of the Association for History and Computing. Amsterdam, 2005., куда вошли данные не о всех проектах, представленных на конференции, информацию о них можно найти на сайте www.ahc2005.org

5 Gregory I. Creating analytic results from historical GIS.//Humanites, Computers and Cultural Heritage. Proceedings of XVIth international conference of the Association for History and Computing. Amsterdam, 2005. P. 131-135.; Gregory I. and H. Southall Mapping British Population History.// Past Time, past place: GIS for history / Anna Kelly Knowles, Editor. P. 117-130.

6 Gregory I. Southall H. The Great Britain Historical GIS // Handbook of International Historical Microdata for Population Research. Mineapolis, 2000. P. 319-334. работ в этой области: реконструкция системы церковных приходов Лиссабо

1 2 на XIX в. и части территории Великобритании 1524/25 гг. , используя возможности ГИС.

Возникновение геоинформационных систем и все более широкое их применение в исторической науке привело к тому, что сегодня можно говорить о возникновении исторической геоинформатики, особой отрасли науки, возникшей на стыке истории, географии и информатики .

Массовые источники статистического и административно-хозяйственного учета населения можно разделить на документы государственного и документы церковного учета населения. Основными массовыми источниками государственного учета населения первой половины XIX в. являлись ревизские сказки и губернаторские отчеты. Среди церковного учета населения выделяются исповедальные росписи, метрические книги и клировые ведомости.

В общей системе статистического учета населения государственный учёт имел единовременный характер, церковный же, в основном, являлся текущим учетом населения.

Данные государственного учета населения уже давно и достаточно широко вовлечены в научный оборот, изучение же документов церковного учета населения, особенно клировых ведомостей, получило распространение сравнительно недавно.

1 Alves. D.R. Using a GIS to reconstruct the nineteenth century Lisbon par-ishes.//Humanites, Computers and Cultural Heritage. Proceedings of XVIth international conference of the Association for History and Computing. Amsterdam, 2005. P. 12-17.

2 Cade J., Brayshay M. The Taxable Wealth and Population of Devon Parishes 1524/25: An Application of GIS and Computer Cartography // History and Computing 1996. Vol. 8. No. 2. P. 105-121.

3 Владимиров B.H. Историческая информатика в изучении истории Сибири // Актуальные вопросы истории Сибири. Пятые научные чтения памяти профессора А.П. Боро-давкина: Сборник научных трудов. Барнаул, 2005. С. 32.

4 См., например: Кабузан В.М., Троицкий С.М. Об изменении численности населения Западной Сибири во второй половине XVIII в. (1762-1795 гг.) // Вопросы аграрной истории Урала и Западной Сибири. Свердловск, 1966. С. 45-55.; Булыгин Ю.С. Образование и развитие населенных пунктов Алтайского края (к оценке репрезентативности источни-ковой базы) // История. Карта. Компьютер. Барнаул, 1998. С. 7-24.

Одним из первых внимание на клировые ведомости обратил B.М. Кабузан, при рассмотрении населения России в XVIII в., он отдельно выделил церковные источники, рассмотрев метрические книги и клировые ведомости. Он отметил, что клировые ведомости являются незаслуженно забытым источником по учету населения, который обязательно должен использоваться и вводится в научный оборот. Но он называет их «Клировые ведомости о числе исповедавшихся и причащавшихся и неисповедавшихся и не-причащавшихся и о числе раскольников», что соответствует определению исповедальных росписей, а не клировых ведомостей. В.М. Кабузан считал данные церковного учета завышенными1 и не применял их в своих работах. В совместных с С.М. Троицким исследованиях они использовали только данные государственного учета населения.

После этого целый ряд исследователей рассмотрели в своих работах массовые источники церковного учета населения и клировые ведомости в частности.

М.М. Громыко, рассматривая церковный учет населения, отмечала неполноту церковного учета населения . В своих работах по истории урало-сибирского старообрядчества Н.Н. Покровский пришел к выводу, что клир повсеместно фальсифицировал данные клировых ведомостей. Церковная и государственная политика была направлена на уничтожение раскола, и уйти от преследований чаще всего помогала взятка ставшая традиционным явлением в отношениях тайных старообрядцев и приходского духовенства. Так что на основе документов церковного учета населения нельзя решать вопрос о вероисповедании сибирского населения в XVIII в.4

1 Кабузан В.М. Народонаселение России. М., 1963. С. 82.

2 Кабузан В.М., Троицкий С.М. Движение населения в Сибири в XVIII в. // Материалы по истории Сибири. Вып. I. Сибирь периода феодализма. Новосибирск, 1962.

C. 145-158.; Они же. Численность и состав населения Сибири в первой половине XIX в. // Русское население Поморья и Сибири (период феодализма). М., 1973. С. 261-277.

3 Громыко М.М. Западная Сибирь в XVIII в. Новосибирск, 1965. С. 22.

4 Покровский Н.Н. Организация учета старообрядцев в Сибири в XVIII в. // Русское население Поморья и Сибири. М., 1973. С. 381-406.; Он же Антифеодальный протест урало-сибирских крестьян-старообрядцев в XVIII в. Новосибирск, 1974.

Только А.Д. Колесников был уверен в высокой точности церковного учета населения во второй половине XVIII в.1 Однако данное утверждение и его обоснование не выдерживает никакой критики. Оно основано на сличении источников церковного происхождения с ревизскими сказками 1782 и 1795 гг. и выводом о идентичности их данных, но само сопоставление данных проиллюстрировано не было. Не совсем верны утверждения А.Д. Колесникова о том, что административные меры и психология крестьян XVIII в. обусловили сравнительную точность учета русского населения, поскольку большой пласт населения составляли раскольники, к тому же и во второй половине XVIII в. сеть православных храмов была не развитой, территории приходов огромны, в церквях не хватало священнослужителей, что приводило к тому, что жители многих населенных пунктов жаловались в вышестоящие инстанции, о неисполнении ими основных христианских обрядов, хотя раскольниками они не являются, а причиной этого служит отдаленность церкви и немногочисленный штат клириков при ней, которых трудно застать в церкви, поскольку они находятся постоянно в разъездах по обширной территории прихода. Этот же факт опровергает неверное утверждение А.Д. Колесникова о «густой сети церквей» в Сибири во второй половине XVIII в.

Впервые подробно рассмотрела клировые ведомости и показала в литературе разницу между исповедальными росписями и клировыми ведомостями Н.А. Миненко. Подвергнув критике позиции А.Д. Колесникова, используя большой массив архивных источников, и сравнив данные ревизских сказок и клировых ведомостей, она отметила постоянный недоучет населения церковью по сравнению с результатами ревизий2.

Это утверждение подкреплялось рядом фактов: затянувшийся и проходивший с большим трудом процесс введения церковного учета населения в

1 Колесников А.Д. Русское население западной Сибири в XVIII-начале XIX вв. Омск, 1973. С. 329

Миненко Н.А. Массовые источники по демографии крестьянского двора XVIII -первой половины XIX вв. // Источниковедение и археография Сибири. Новосибирск, 1977. С. 56.

Сибири, несоблюдение священниками формы и сроков подачи данного вида документов в вышестоящие инстанции, искажение названий деревень и имен прихожан, большое количество старообрядцев, отсутствие строго отношения к православным обрядам со стороны православного населения, обширность приходов, нехватка священнослужителей, несовершение обрядов по «упущению» священнослужителей, вымогательства со стороны клириков за выполнение обрядов, нехватка материальных средств у прихожан и невозможность заплатить за венчание, крещение или отпевание.

Однако стоит отметить, что никто из вышеперечисленных исследователей не призывал к отказу или серьезным ограничениям в использовании данного вида источников, отмечая их своеобразие и историческое значение.

Г.Ф. Быконя, широко используя материалы церковного учета, сделал вывод, что клировые ведомости достаточно надежный демографический источник, при этом он отмечал расхождения между данными церковного и ревизского учета населения1.

И.В. Власова, характеризуя различные источники XVIII-первой половины XIX вв., отмечала необходимость изучения и большой потенциал клиро-вых ведомостей первой половины XIX в. при рассмотрении крестьянской семьи2.

Использовала в своих работах различные виды документов церковного учета населения, в том числе и клировые ведомости, исследователь Сибирской приходской общины XVIII в. Н.Д. Зольникова . Однако в её работах применение клировых ведомостей носит лишь вспомогательный характер, и

1 Быконя Г.Ф. Заселение русскими Приенисейского края в XVIII в. Новосибирск, 1981. С. 107.

Этнография русского крестьянства Сибири XVIII - середины XIX вв. М., 1981.

С 12-13.

3 Зольникова Н.Д. Сибирская приходская община в XVIII веке. Новосибирск, 1990.; Она же. Ведомость 1781 г. о составе приходов Тобольской губернии // Христианство и церковь в России феодального периода. Новосибирск, 1989. С. 261-315.; Она же. Экстракты из ведомостей церковного учета населения в Томском заказе в XVIII в. // Населенные пункты Сибири: опыт исторического развития (XVIII - начало XX вв.): Сборник научных статей. Новосибирск, 1992. С. 34-38.; Она же. Ставленнические дела как источник по социальным проблемам XVIII в. (по материалам Тобольской епархии) // Источниковедение и археография Сибири. Новосибирск, 1977. С. 14-40. их данные применяются лишь при отсутствии основного источника («Ведомостей по Тобольской епархии») в рассмотрении величины сибирских приходов. Не совсем, правда, понятно, что имеется в виду под «ведомостями по заказам», сами клировые ведомости или экстракты из них. Глубокому анализу данный источник не подвергался. Тем не менее, была проведена огромная работа по характеристике сибирских приходов XVIII в. на основе большого массива разнообразных источников, среди которых были клировые ведомости, хотя и составляли малую их часть.

В связи с «микрокомпьютерной революцией» и широким применением компьютерных технологий в исторических исследованиях ряд исследователей обратили свой взор на массовые источники церковного учета населения. Наиболее подробно изучены данные метрических книг и исповедальных росписей, история их появления, развитие формы и структур. Эти вопросы достаточно широко рассмотрены историками Санкт-Петербурга (Б.Н. Мироновым1, С.С. Смирновой2, Е.Д. Твердюковой3, М.А. Марковой4, Е.Е. Князег / н о вой), Тамбова (Н.В. Кабаковой , Е.П. Мареевой , Э.А. Морозовой ,

1 Миронов Б.Н. О достоверности метрических ведомостей - важнейшего источника по исторической демографии России XVIII - начала XX вв. // Россия в XIX - XX вв. Сб. статей. СПб., 1998. С. 41-47.; Он же. Социальная история России периода империи (XVIII - н. XX в.): В 2-х т. СПб., 2000.

2 Смирнова С.С. Холера 1848 г. в Олонецком уезде: (По материалам метрических книг) // Компьютер и историческая демография: Сб. науч. трудов. Барнаул, 2000. С. 59-68.

3 Твердюкова Е.Д. Опыт исследования истории народонаселения Карелии конца XVIII - начала XX вв. по материалам метрических книг // Круг идей: Традиции и тенденции исторической информатики: Труды IV конференции Ассоциации «История и компьютер». М., 1997. С. 160-171.

4 Маркова М.А. Некоторые наблюдения за полнотой фиксации младенческой смертности в метрических книгах Олонецкой губернии •// Компьютер и историческая демография. Сб. науч. трудов. Барнаул, 2000. С. 165-172.

5 Князева Е.Е. Метрические книги Санкт-Петербургского консисториального округа как источник по истории лютеранского населения Российской империи XVII - начала XX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Санкт-Петербург, 2005.

6 Кабакова Н.В. Государственные и церковные источники о демографических процессах в южных уездах Тобольской губернии в конце XVIII-первой половине XX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Омск, 2004.

7 Мареева Е.П. Церковный фактор в демографическом поведении населения Тамбовской губернии в XIX - начале XX в.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Тамбов, 2003.

8 Морозова Э.А. Изучение истории крестьянских семей первой половины XIX в. на основе сводной базы данных по ревизским сказкам и исповедальным ведомостям // Ин

М.К. Акользиной1, Р.Б. Кончаковым2), Тулы (Д.Н. Антоновым и И.А. Антоновой3), Барнаула (В.Н. Владимировым и И.Г. Силиной4, Ю.М. Гончаровым5) и др.

Клировые ведомости обычно рассматриваются в основном в комплексе с другими источниками. Это вызвано более поздним их включением в научный оборот, неопределенностью термина и неоднозначным отношением к данному виду источников.

На сегодняшний день наметилось три основных направления в характере использования данных клировых ведомостей, соответственно трем частям самого источника: данные о церкви, о причте и о прихожанах.

В рамках первого направления, рассматривая в своих работах строительство и архитектуру церквей Алтая, привлекала клировые ведомости М.Р. Маняхина6.

Увеличивающийся с начала 90-х гг. XX в. интерес к истории приходского духовенства обусловил широкое применение клировых ведомостей при изучении различных аспектов этой темы. Клировые ведомости применяются как при рассмотрении генеалогии приходского духовенства, одними из перформационный бюллетень АИК. №30. Мат-лы VIII конференции АИК. М., 2002. С. 189-192.

1 Акользина М.К. Изменение социальной структуры населения среднего русского уездного города в первой половине XIX века (по материалам Моршанска Тамбовской губернии): Автореф. дис. .канд. ист. наук. Тамбов, 2002.

Кончаков Р.Б. Пути создания и обработки источнико - ориентированной базы данных на материалах метрических книг (приход с. Байловка Тамбовской губернии, 18101918 гг.) // Круг идей: историческая информатика на пороге XXI века. М. - Чебоксары,

1999. С. 184-197.

3Антонов Д.Н. Антонова И.А. Источники генеалогических реконструкций крестьянских семей (на примере Ясной Поляны) // Источники по истории русской усадебной культуры. М., 1997. С. 46-57.

4 Владимиров В.Н. Силина И.Г. Метрические книги как историко-демографический источник // Новые информационные ресурсы и технологии в исторических исследованиях и образовании: Сборник тезисов докладов и сообщений Всероссийской конференции. М.,

2000. С. 149-151.

5 Гончаров Ю.М. Исповедные росписи как массовый источник по истории купеческой семьи на Алтае в конце XIX - начале XX вв. // Палеодемография и миграционные процессы в Западной Сибири в древности и средневековье. Барнаул, 1994. С. 185-187.

6 Маняхина М.Р. История культовой архитектуры Алтая XVIII — начала XX вв. Барнаул, 1999. вых опыт в этой области представлен в работах А.С. Грамматина и А.В. Ма-тисона1, так и духовенства отдельных регионов, выделенных с точки зрения географических характеристик или церковного деления территории Российской империи, например, О.Ю. Бабушкина применяла данные клировых ведомостей при изучении клириков Южного Зауралья . Е.Б. Макарчева исслел довала проблемы духовенства Тобольской епархии . Достаточно подробно рассмотрела клировые ведомости как источник по истории духовенства второй половины XIX в. JT.K. Дрибас. Отметив, что клировые ведомости являются незаменимым и наиболее полным источником сведений о церквях и духовенстве, на их основе она подвергнула анализу образовательный уровень и состав семей священнослужителей Красноярска и Иркутска второй половины XIX в., обобщив данные за 1885 г.4

Третье направление использования клировых ведомостей как исторического источника лежит в области исторической демографии и заключается в рассмотрении качественных и количественных характеристик населения. Оно получило наиболее широкое развитие. Среди данного вида исследований можно выделить работы преимущественно источниковедческого характера, рассматривающие клировые ведомости как часть церковного учета населения наряду с документами государственного учета отдельных территорий, например, работы М.А. Марковой5 и Н.В. Кабаковой \ Также выделя

1 Грамматин А.В. Грамматины. История рода священнослужителей Владимирской епархии. Санкт Петербург, 1999; Матисон А.В. Генеалогия православного приходского духовенства России XVIII-начала XX вв. История рода Мощанских. М., 2000.

2 Бабушкина О.Ю. Приходское духовенство южного Зауралья в 60-е годы XIX -начале XX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Курган, 2002.

3 Макарчева Е.Б. Сословные проблемы духовенства Сибири и церковное образование в конце XVIII — первой половине XIXвв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Новосибирск, 2001.

4 Дрибас JI.K. Клировые ведомости церквей как источник по истории сибирского духовенства второй половины XIX в. // Исторический опыт хозяйственного и культурного освоения Западной Сибири. Четвертые научные чтения памяти профессора А.П. Бородав-кина: Сборник научных трудов. Барнаул, 2003. С. 19-21.

5 Маркова М.А. Первичные документы по учету населения Санкт-Петербургской губернии XVIII-первой половине XIX вв. как исторический источник: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Санкт-Петербург, 2005. ются работы, в которых данные клировых ведомостей используются исключительно в рамках исторической демографии. А.Р. Ивонин широко применял данный источник при изучении населения городов юга Западной Сибири2. Д.Е. Сарафанов, привлекая различного рода источники, в том числе и клиро-вые ведомости, рассматривает население Барнаула3. Применение клировых ведомостей возможно и при изучении населения более мелкого населенного пункта, что продемонстрировала Э.А. Морозова, рассмотрев демографический облик села Рассказово Тамбовской губернии4.

Единственным исследователем, который полностью проанализировал данные клировых ведомостей и реконструировал систему приходов в рамках одной административно-территориальной единицы Русской православной церкви - епархии, был до последнего времени A.M. Адаменко5. Однако, в виду широких хронологических (XVII - начало XX вв.) и территориальных (Западная Сибирь) границ, данное исследование носит весьма обзорный характер, выделяя только основные особенности и тенденции развития приходов Тобольской (с 1834 г. Томской) епархии. Помимо этого практически за рамками исследования осталась первая половина XIX в. - переломный период в развитии системы церковных приходов Западной Сибири. Тем не менее, эта работа вносит значительный вклад в изучение клировых ведомостей и административно-территориальных единиц церковного характера (приходы, благочиния, правления и епархии), открывая перспективу для более детального их рассмотрения.

1 Кабакова Н.В. Государственные и церковные источники о демографических процессах в южных уездах Тобольской губернии в конце XVIII-первой половине XX вв.: Ав-тореф. дис. .канд. ист. наук. Омск, 2004.

2 Ивонин А.Р. Население городов юга западной Сибири в дореформенную эпоху по данным церковного учета православного населения // Историко-демографические проблемы Сибири. Барнаул, 1995, С. 3-27.

3 Сарафанов Д.Е. К изучению населения Барнаула в первой половине XIX в. // Барнаул на рубеже веков: итоги проблемы перспективы. Барнаул, 2005, С. 82-86.

4Морозова Э.А. Особенности социально демографического облика населения торгово-промышленного села в первой половине XIX в. (На примере села Рассказово Тамбовской губернии).: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Тамбов, 2003.

5 Адаменко A.M. Приходы Русской православной церкви на юге Западной Сибири в XVII-начале XX века. Кемерово, 2004.

Отдельно посвященного клировым ведомостям источниковедческого исследования до сих пор нет, они рассматриваются в общем комплексе массовых источников церковного учета населения, львиную долю которых составляет анализ метрических книг и исповедальных росписей, а клировым ведомостям отводится достаточно скромное место1.

Несмотря на указанное ещё в 1977 г. Н.А. Миненко различие между исповедальными росписями и клировыми ведомостями, в литературе до сих пор встречаются случаи их отождествления2.

Тем не менее, клировые ведомости все шире вводятся в научный оборот, уступая, однако, по темпам обработки их исследователями исповедальным росписям и метрическим книгам, отчасти из-за более позднего включения их в данный процесс.

Целью исследования является источниковедческий анализ клировых ведомостей, реконструкция системы церковных приходов Барнаульского духовного правления, используя методы создания геоинформационных систем и баз данных, рассмотрение пространственных характеристик и демографических особенностей их населения приходов в 1804-1864 гг. на основе данных клировых ведомостей.

Для реализации этой цели решались следующие задачи:

1. Рассмотреть клировые ведомости как исторический источник, изучить динамику изменения их формы и структуры, определить их информационный потенциал, репрезентативность и достоверность.

2. Выработать методику реконструкции территории церковных приходов, учитывая ее изменения во времени, и изучения особенностей размещения их населения на основе создания геоинформационной системы, используя данные клировых ведомостей Барнаульского духовного правления.

1 См., например: Твердюкова Е.Д. Источники по учету населения Новгородской губернии XIX - начала XX вв. // Историография и источниковедение отечественной истории: Сб. науч. статей и сообщений. СПб., 2001. С. 221-231.

2 См., например: Пинаевский Д.И. Народонаселение дореволюционной России: источники и методы работы с ними. Учебное пособие по спецкурсу. Сыктывкар, 2003. С. 9.

3. Проанализировать состояние и динамику численности, состава и размещения населения приходов Барнаульского духовного правления в 18041864 гг. с выявлением причин этих изменений.

4. Рассмотреть состав и основные характеристики священнослужителей церквей Барнаульского духовного правления, используя данные клировых ведомостей.

Объектом исследования являются клировые ведомости церквей, входивших в Барнаульское духовное правление в период с 1804 по 1864 гг.

Предметом исследования являются территория и население приходов Барнаульского духовного правления, состав их священнослужителей и динамика изменения этих характеристик на протяжении 1804-1864 гг.

Хронологические рамки работы охватывают 1804-1864 гг. Выбор нижней границы исследования обусловлен рядом обстоятельств. Прежде всего, здесь мы идем за источником - до 1804 г. в архиве имеются лишь отдельные экземпляры клировых ведомостей, и только с этого времени их наличие позволяет проводить полноценное изучение. Во-вторых, начиная именно с этого времени и вплоть до 1828 г. форма и содержание клировых ведомостей являются стабильными. Наконец, к началу XIX в., после строительства ряда церквей во второй половине XVIII в., система православных приходов была достаточно устоявшейся.

Верхняя граница периода связана с завершением резкого всплеска строительства храмов, произошедшего в середине XIX в. Именно рассматриваемый период (1804-1864 гг.) позволяет проследить эволюцию, клировых ведомостей как исторического источника, и динамику изменения территориальной системы православных приходов Барнаульского духовного правления.

Территориальные рамки работы включают церковные приходы Барнаульского духовного правления, составлявшие большую часть Колывано-Воскресенского (Алтайского) горного округа. Административно-территориальное деление на приходы, духовные правления и епархии не соответствовало светскому административно-территориальному делению, несмотря на все попытки государства совместить их. В современном представлении рассматриваемая территория практически полностью охватывает Алтайский край, а также части республики Алтай, Новосибирской, Кемеровской областей и Казахстана.

Методологической основой исследования являются современные подходы к обработке массовых исторических источников. Прежде всего, в своем исследовании мы исходим из системного подхода, который проявляется в изучении церковных приходов Барнаульского Духовного правления как целостной системы, структура которой связана с особенностями подсистем расселения (населенные пункты) и церквей. В ходе исторического развития система приходов видоизменялась за счет дробления и перегруппировки отдельных элементов (приходов).

В своем исследовании мы опирались также на междисциплинарный подход, предполагающий, в частности, широкое применение методик и техник, заимствованных из других наук. В нашем случае мы широко обращаемся к компьютерным методам и технологиям (технология баз данных, использование геоинформационных систем), которые не только расширяют спектр традиционного исторического знания, но и позволяют извлечь скрытую информацию, доступ к которой невозможен без применения новых информационных технологий. Основным методологическим инструментом здесь стала для нас историческая информатика, достижения которой в последние годы неоспоримы. Нами широко использовался также картографический метод исследования, который относится к общенаучным методам.

Наконец, любое историческое исследование немыслимо без опоры на применение традиционных исторических методов. Так, историко-сравнительный метод применялся нами для характеристики различных церковных приходов, на историко-генетический мы опирались при изучении динамики изменения территории приходов, численности и состава населения, историко-типологический метод использовался для выявления общего и особенного в изучении различных приходов в различные промежутки времени.

Научная новизна исследования определяется следующим:

1. Исследован и введен в научный оборот большой массив ранее почти не использовавшихся исторических источников - клировых ведомостей.

2. Впервые реконструирована территория и получены основные характеристики населения церковных приходов Барнаульского Духовного правления первой половины и середины XIX в.

3. Для реконструкции территории приходов впервые в отечественной историографии использованы возможности геоинформационных систем -особого вида программного обеспечения, связанного с изучением пространственных характеристик явлений и процессов действительности, в нашем случае, исторической.

Практическая значимость работы. Выработанная автором методика может использоваться при проведении аналогичных исследований на других территориях, при изучении различных вопросов истории населения и церкви. Материалы диссертации могут быть использованы в обобщающих работах по истории Сибири и Алтая, в учебных пособиях, при чтении общих и специальных курсов в высших учебных заведениях.

Основой источниковой базы является массив клировых ведомостей, хранящихся в Центре хранения архивного фонда Алтайского края, а также ряд других опубликованных и неопубликованных источников, связанных с развитием церковного учета населения, системы православных храмов, взаимоотношением духовенства и прихожан.

Среди опубликованных источников особо стоит отметить сборник «Документы по истории церквей и вероисповеданий в Алтайском крае (XVII -начало XX вв.)»1, в который входит множество различных документов, так или иначе связанных с церковью, что позволяет оценить комплекс массовых исторических источников церковного характера, его обширность и многоплановость.

1 Документы по истории церквей и вероисповеданий в Алтайском крае (XVII -начало XX вв.). Барнаул, 1997.

Основным архивным источником являлся массив клировых ведомостей Барнаульского духовного правления, хронологически охватывающий 18041864 гг. Данные источники хранятся в Центре хранения архивного фонда Алтайского края (ЦХАФ АК), Фонд 26 «Барнаульское духовное правление Томской духовной консистории (1750-1915 гг.)» Опись 1 и составляют 58 дел (Д. 290-348). В этих делах наряду с клировыми ведомостями встречается масса других документов церковного происхождения: расписки священнослужителей, экстракты из метрических книг, указы императора, Синода, консистории, духовного правления и другие. Объем дел различный, от ста до двухсот листов, в зависимости от количества в них клировых ведомостей. Это напрямую связано с формой и структурой источника. Ведомости до 1829 г., поскольку они достаточно небольшие, за два-три года входят в одно дело, с введением расширенной формы клировых ведомостей в 1829 г. источники за один год составляют одно дело. С увеличением количества церквей, входивших в Барнаульское духовное правление, растет число клировых ведомостей, с начала 50-х гг. XIX в. клировые ведомости за один год составляют уже несколько дел по 100-150 листов каждое. Ведомости за последний (1864) год рассматриваемого периода располагаются в семи делах по 100-120 листов каждое.

Из других неопубликованных документов наиболее активно использовались «Ведомости священников о полученных им указах Барнаульского духовного правления» и «Докладные реестры полученным указам из Барнаульского духовного правления»1, составлявшиеся в каждой церкви ежемесячно и содержащие указы, изданные Барнаульским духовным правлением, Тобольской (с 1834 г. Томской) духовной консисторией, Святейшим Синодом, а также «Ведомости, сочиненные земским избам сколько имеется в селах и деревнях дворов а также мужского и женского пола душ»2, данные документы были составлены церквями в 1785 г. по запросу светских властей. На основе

1 ЦХАФ АК Ф. 26. Оп.1. Д.1528. Л. 48-102.

2 ЦХАФ АК Ф. 26. Оп.1. Д. 1198. Л. 16-27. вышеописанных источников было рассмотрено изменение структуры и формы клировых ведомостей, а также территории Барнаульского духовного правления в первой половине XIX в.

Для определения некоторых церковных терминов использовался толковый словарь Владимира Даля1 и энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона2.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Идея текущего учета населения, используя разветвленную сеть православных церквей, начала реализовываться Петром I путем введения метрических книг и исповедальных росписей - основных документов церковного учета населения. Определить точную дату утверждения клировых ведомостей до сих пор не удалось, но поскольку клировые ведомости также составлялись ежегодно, содержали данные о количестве прихожан и являлись одним из основных отчетных документов православных храмов, стоит предположить, что их введение шло наряду с метрическими книгами и исповедальными росписями.

Однако на территории Сибири этот процесс проходил достаточно тяжело, сказывались обширные просторы, малое количество храмов и острая нехватка священнослужителей, поэтому говорить о каком-то стабильном учете населения церковью в приходах Барнаульского духовного правления можно только с начала XIX в., когда система храмов более или менее устоялась.

Клировые ведомости Барнаульского духовного правления являются ценным источником и имеют широкую область применения в исторических исследованиях. Однако по сравнению с другими источниками церковного учета населения (исповедальные росписи, метрические книги), клировые ведомости не столь активно используются, и введение их в научный оборот находится на начальной стадии. Это связано с ориентированностью советской исторической науки в основном на источники светского характера, отождествлением клировых ведомостей с исповедальными росписями рядом исследователей.

Форма и структура клировых ведомостей постоянно эволюционировала, увеличивая с течением времени свою информационную нагрузку, пройдя в своем развитии несколько переломных точек, из списка священнослужителей первой половины XVIII в. к XX в. они превратились в документ, полностью характеризующий приход церкви: её здание, другие постройки принадлежавшие церкви, состояние основных церковных документов, доходы священнослужителей, практически все данные о священнослужителях и их семьях, населенные пункты прихода, количество дворов в поселениях и число человек проживавших в них, с разделением по полу, конфессиональной, сословной принадлежности и роду занятий.

Именно в первой половине XIX в. структура и форма клировых ведомостей существенно изменилась, отдельно выделились и значительно дополнились три основные их части: «ведомость о церкви», «ведомость о причте» и «ведомость о прихожанах». Именно здание церкви, штат священнослужителей и жители одного или нескольких поселений составляют «приход», при отсутствии какой-либо из этих компонент термин «приход» теряет свой смысл.

Клировые ведомости имеют очень высокий информационный потенциал, который на протяжении существования данного вида источников постоянно увеличивался. Резкий скачок их информативности связан с введением в 1829 г. расширенной формы клировых ведомостей, единой для всех православных храмов России. Это позволяет рассматривать систему церковных приходов России в целом и отдельных регионов, изучать различные ее характеристики, выявлять общее и особенное, используя опубликованные и неопубликованные данные клировых ведомостей. Данный источник содержит массу информации, в том числе скрытой и может использоваться в массе исторических исследований.

Конечно, слабая сеть православных храмов, нехватка священнослужителей, их низкий профессиональный и моральный уровень, ряд других причин дает повод усомниться в достоверности клировых ведомостей Сибири первой половины XIX в. Но поскольку клировые ведомости содержат в себе всю основную информацию и составлялись ежегодно, то при индивидуальном подходе в их анализе, можно выдвигать предположения о степени их достоверности исходя из данных самих клировых ведомостей. Позитивно на увеличение достоверности сыграл всплеск строительства церквей в Алтайском горном округе в середине XIX в. и перевод большого количества клириков из европейской части России в Сибирь. К тому же говорить о достоверности какого-либо исторического источника учета населения, можно лишь относительно, абсолютно достоверных сведений не даст ни один источник подобного рода, даже современный.

Использование информационных технологий и методов исторической информатики позволяет оптимизировать обработку данных клировых ведомостей.

Привлечение методов исторической картографии и создание геоинформационной системы, несмотря на всю трудоемкость этого процесса, позволило не столько визуализировать результаты исследования, сколько провести пространственный анализ, территории и населения приходов Барнаульского духовного правления первой половины XIX в. Сделать еще один шаг на пути развития исторической геоинформатики, создания и применения геоинформационных систем в исторической науке.

Анализ изменения территории Барнаульского духовного правления позволил рассмотреть динамику развития системы церковных приходов на территории Колывано-Воскресенского (Алтайского) горного округа в 1804-1864 гг. Рассмотрев с помощью ГИС население этих приходов, удалось последить изменение его численности в 1829-1864 гг., как общую, так и основных категорий прихожан, выявить ряд тенденций в этой области, например неуклонное сокращение количества раскольников на территории приходов Барнаульского духовного правления.

Клировые ведомости являются незаменимым источником при рассмотрении представителей духовенства. Анализ данных позволил выявить нехватку священнослужителей, их низкий профессиональный и образовательный уровень в начале XIX в. На протяжении рассматриваемого периода зарождается и нарастает тенденция улучшения комплектования штатов церквей клириками благодаря естественному приросту местного духовенства и перевода священнослужителей из-за Урала. Следствием этого явилось увеличение конкуренции в среде духовенства, повышение их общего образовательного и профессионального уровня, а также ужесточение наказаний за преступления и нарушения.

В целом клировые ведомости содержат в себе огромный массив информации, в том числе и скрытой, и могут подвергаться разностороннему анализу открывая новые темы для исследований.

Единая для всех церквей Российской империи форма клировых ведомостей и все больший интерес к данному виду источников позволяют предположить о создании в будущем общей картины приходов (в том числе и демографической), как отдельных регионов, так и страны в целом.

При рассмотрении отдельных территории и их населения в основном используется светские объединения и территориально-административные единицы, достаточно небольшое число исследователей обратили свое внимание на церковные объединения, еще меньше на церковное административно-территориальное разделение отдельных регионов нашей страны.

Создание геоинформационных систем и пространственный анализ несмотря на несомненную оптимизацию процесса исследования практически не нашли применения в отечественной исторической науке. Для рассмотрения структуры церковных приходов и численности их населения данные методы используются лишь зарубежными учеными. Наша работа делает очередной шаг в направлении использования ГИС в исторических исследованиях, и применении клировых ведомостей как исторического источника в отечественной исторической науке, открывает собой массу перспектив для дальнейшего их развития.


 

Список научной литературы

1. Опубликованные источники:

2. Документы по истории церквей и вероисповеданий в Алтайском крае (XVII -начала XX вв.). Барнаул, 1997.

3. История Алтая в документах и материалах (конец XVII начало XX вв.). Барнаул, 1991.1. Архивные источники:

4. Центр хранения архивного фонда Алтайского края (ЦХАФ АК).

5. Ф. 26. Барнаульское духовное правление Томской духовной консистории1750-1915 гг.)

6. Оп.1. Д. 232, 290-348, 1198, 1528.1. Исследования:

7. Авсейков А.С., Нейфельд Е.А., Рюмкин А.И. Особенности организации застройки исторического Томска // Круг идей: историческая информатика в информационном обществе. М., 2001. С. 249-259.

8. Адаменко A.M. Приходы Русской православной церкви на юге Западной Сибири в XVII-начале XX века. Кемерово, 2004.

9. Акользина М.К. Изменение социальной структуры населения среднего русского уездного города в первой половине XIX века (по материалам Моршанска Тамбовской губернии): Автореф. дис. „.канд. ист. наук. Тамбов, 2002.

10. Андреев С.М. Резервные казаки как особая категория Сибирского линейного казачества // Актуальные вопросы истории Сибири. Пятые научные чтения памяти профессора А.П. Бородавкина: Сборник научных трудов. Барнаул, 2005. С. 9-10.

11. Аникеев И.А., Покасов В.Ф. Историческая информатика в России и за рубежом // Новая и новейшая история. 2001. № 1. С. 6-17.

12. Антонов Д.Н. Антонова И.А. Источники генеалогических реконструкций крестьянских семей (на примере Ясной Поляны) // Источники по истории русской усадебной культуры. М., 1997. С. 46-57.

13. Антонов Д.Н., Антонова И.А. Метрические книги: история, делопроизводство, источники комплектования и научно-техническая обработка. Ис-торико-архивоведческое исследование. Тула, 1997.

14. Арсентьев Н.М., Егунова А.И. Ревизские сказки: новые возможности исторического исследования // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. Труды III конференции АИК. М., 1996. С. 214-229.

15. Арсентьев Н.М., Першин С.В., Стешин А.В., Щербаков В.В. Система сбора и обработки материалов ревизских сказок // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. Труды III конференции АИК. М., 1996. С. 206-213.

16. Ю.Арсентьев Н.М., Першин С.В., Щербаков В.В. Новые горизонты в исследовании ревизских сказок: из опыта создания банка данных «Регион» // Круг идей: традиции и тенденции исторической информатики. Труды IV конференции АИК. М., 1997. С. 138-145.

17. П.Бабушкина О.Ю. Приходское духовенство южного Зауралья в 60-е годы XIX- начале XX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Курган, 2002.

18. Байдин В.И. Новые источники по организации и идеологии Урало-Сибирского старообрядчества в конце XVIII первой половине XIX вв. // Сибирское источниковедение и археография. Новосибирск, 1980. С. 93-109.

19. Берлянт A.M. Геоинформационное картографирование. М., 1997.

20. Н.Берлянт A.M. Картографический метод исследования. М., 1988.

21. Берлянт A.M. Традиции и перспективы развития картографогеоинформационного направления в Московском университете // Взаимодействие картографии и геоинформатики. М., 2000. С. 10-20.

22. Бескровный Л.Г., Гольденберг Л.А. О предмете и методе исторической географии // История СССР. 1971. № 6. С. 23-36.

23. Борисов В.А. Демография. М., 2001.

24. Бородкин Л.И. Информатика, математика, история: персонификация междисциплинарного процесса // Круг идей: новое в исторической информатике. М., 1994. С. 9-14.

25. Бородкин Л.И. Историческая информатика в развитии: методологические аспекты // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. М., 1996. С. 12-27.

26. Бородкин Л.И. Историческая информатика в СССР/России: ретроспектива, состояние, перспективы // История и компьютер: Новые информационные технологии в исторических исследованиях и образовании. St. Katharinen, 1993. С. 251-273.

27. Бородкин Л.И. Историческая информатика: этапы развития // Новая и новейшая история, 1997. №1. С. 3-22.

28. Булыгин Ю.С. О роли различных групп населения России в присоединении и освоении Алтая // Алтайский сборник. Вып. XVIII. Барнаул, 1997. С. 7-17.

29. Булыгин Ю.С. К истории села Крутиха Алтайского края // Актуальные вопросы истории Сибири. Барнаул, 2000. С. 92-98.

30. Булыгин Ю.С. К истории села Сростки // Актуальные вопросы истории Сибири. Барнаул, 1998. С. 58-64.

31. Булыгин Ю.С. Об изучении истории населенных пунктов Алтайского края // Палеодемография и миграционные процессы в Западной Сибири в древности и средневековье. Барнаул, 1994. С. 171—174.

32. Булыгин Ю.С. Образование и развитие населенных пунктов Алтайского края (к оценке репрезентативности источниковой базы) // История. Карта. Компьютер. Барнаул, 1998. С. 7-24.

33. Булыгин Ю.С. Освоение русскими крестьянами бассейна и окрестностей Большой Речки в XVIII-XIX столетиях // Историко-демографические проблемы Сибири. Барнаул, 1995. С. 28-58.

34. Булыгин Ю.С. Освоение русскими крестьянами бассейна реки Большой Лосихи // Алтайский сборник. Барнаул, 1995. Вып. 16. С. 21-44.

35. Владимиров В.Н. Историческая география и картография в зеркале исторической информатики // Современное историческое сибиреведение XVII начала XX вв. Барнаул, 2005. С. 55-71.

36. Владимиров В.Н. Историческая геоинформатика: геоинформационные системы в исторических исследованиях. Барнаул, 2005.

37. Владимиров В.Н. Историческая информатика в изучении истории Сибири // Актуальные вопросы истории Сибири. Пятые научные чтения памяти профессора А.П. Бородавкина: Сборник научных трудов. Барнаул, 2005. С. 31-33.

38. Владимиров В.Н. История и география: пути взаимодействия // Вестник НГУ. Серия: история, филология. Т.4. Вып.2. История. Новосибирск, 2005. С. 77-82.

39. Владимиров В.Н. История, карта, компьютер. (о возможностях исторического компьютерного картографирования) // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. М., 1996. С. 297-305.

40. Владимиров В.Н. Назад к пространственному анализу? // Круг идей: макро- и микроподходы в исторической информатике. Труды V конференции Ассоциации «История и компьютер». Минск, 1998. С. 10-17.

41. Владимиров В.Н. От исторического картографирования к исторической геоинформатике // Круг идей: алгоритмы и технологии исторической информатики. Труды IX конференции Ассоциации «История и компьютер». М., 2005. С. 22-40.

42. Владимиров В.Н. Пространственный анализ и компьютерное картографирование в изучении социально-экономических процессов в Сибири XIX — начала XX в. // Материалы научных чтений памяти академика И.Д.Ковальченко. М., 1997. С. 121-132.

43. Владимиров В.Н., Колдаков Д.В. Образование населенных пунктов Алтайского края: история во времени и пространстве // История. Карта. Компьютер: Сб. науч. статей. Барнаул, 1998. С. 25-44.

44. Галкович Б.Г. К вопросу о применении картографического метода в исторических исследованиях // История СССР. 1974. №3. С. 132-141.

45. Гарскова И.М. Базы и банки данных в исторических исследованиях. М., 1994.

46. Гончаров Ю.М. Исповедные росписи как массовый источник по истории купеческой семьи на Алтае в конце XIX начале XX вв. // Палеодемогра-фия и миграционные процессы в Западной Сибири в древности и средневековье. Барнаул, 1994. С. 185-187.

47. Города Сибири (эпоха феодализма и капитализма). Новосибирск, 1978.

48. Города Сибири XVIII начала XX в. Барнаул: Изд-во АГУ, 2001. 168с.

49. Города Сибири: (Экономика, управление и культура городов Сибири в досоветский период). Новосибирск, 1974.

50. Горюшкин JI.M., Миненко Н.А. Историография Сибири дооктябрьского периода (конец XVI — начало XX в.). Новосибирск, 1984.

51. Грамматин А.В. Грамматины. История рода священнослужителей Владимирской епархии. СПб., 1999.

52. Громыко М.М. Западная Сибирь в XVIII в. Новосибирск, 1965.

53. Гуманитарная информатика: Сб. статей. Под ред. Г.В. Можаевой. Томск, 2004. Вып. 1.

54. Данилевский И.Н., Кабанов В.В., Медушевская О.М., Румянцева М.Ф. Источниковедение. Теория. История. Метод. Источники российской истории. М., 2000.

55. Дегтярев А .Я., Кащенко С.Г., Раскин Д.И. Новгородская деревня в реформе 1861 г.: опыт изучения с использованием ЭВМ. JI., 1989.

56. Демография: современное состояние и перспективы развития: Учеб. пособие / Под ред Д.И. Валентея. М., 1997.

57. Дробижев В.З., Ковальченко И.Д., Муравьев А.В. Историческая география СССР. М., 1973.

58. Дрожецкий Д.А. Комплексное использование источников при изучении истории населенных пунктов Алтайского края (на примере села Барнаульского) // Научные чтения памяти Ю.С. Булыгина. Барнаул: 2004. С. 60-68.

59. Дятлова Н.П. Отчеты губернаторов как исторический источник // Проблемы архивоведения и источниковедения. Д., 1964. С.227-246.

60. Есипова В.А. К вопросу о применении геоинформационных систем для нужд археографии // Информационный Бюллетень АИК. № 22. М., 1998. С. 190-196.

61. Жекулин B.C. Историческая география: предмет и методы. Д., 1982.

62. Жидков Г.П. Кабинетское землевладение (1747-1917 гг.). Новосибирск, 1973.65.3авьяловский район. История. События. Люди. Барнаул, 2000.

63. Зональный район: история, люди и судьбы. Барнаул, 2003.

64. Иваньков П.А. О картографическом оснащении первой серии многотомного издания «История СССР» // История СССР. 1974. № 4. С.202.

65. Ивонин А.Р. Население городов юга западной Сибири в дореформенную эпоху по данным церковного учета православного населения // Историко-демографические проблемы Сибири. Барнаул, 1995, С. 3-27.

66. Из истории населенных мест Шелаболихинского района. Барнаул, 1998.

67. Информатика для гуманитариев: Вводный курс / Под ред. Л.И.Бородкина и И.М.Гарсковой. М.: УРАО, 1997.

68. Информационные технологии для гуманитариев: Учебное пособие / Под ред. В.Л.Акимова, Н.М.Арсентьева, Л.И.Бородкина, И.М.Гарсковой. М.Саранск, 1998.

69. Историография городов Сибири конца XVI начала XX в. Новосибирск: Наука, 1984.

70. Историческая информатика. / Под ред. Л.И. Бородкина, И.М. Гарсковой. М., 1996.

71. История Алтая. Часть I: Учебное пособие. Барнаул, 1995.

72. История городов Сибири досоветского периода (XVII начало XX в.). Новосибирск, 1977.

73. История Сибири с древнейших времен до наших дней. Т.2. Сибирь в составе феодальной России. Л., 1968.

74. История Сибири с древнейших времен до наших дней. Т.З. Сибирь в эпоху капитализма. Л., 1968.

75. Источниковедение новейшей истории России: теория, методология и практика / Под общ. ред. А.К. Соколова. М., 2004.

76. Кабакова Н.В. Государственные и церковные источники о демографических процессах в южных уездах Тобольской губернии в конце XVIII-первой половине XX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Омск, 2004.

77. Кабузан В.М. Изменения в размещении населения России в XVIII первой половине XIX в. По материалам ревизий. М.: Наука, 1971.

78. Кабузан В.М. Метрические книги // Народонаселение. Энциклопедический словарь. М. 1994. С. 229.

79. Кабузан В.М. Народонаселение России. М., 1963.

80. Кабузан В.М. Эмиграция и реэмиграция в России в XVIII — начале XX вв. М., 1991.

81. Кабузан В.М., Троицкий С.М. Движение населения в Сибири в XVIII в. // Материалы по истории Сибири. Вып. I. Сибирь периода феодализма. Новосибирск, 1962. С. 145-158.

82. Кабузан В.М., Троицкий С.М. Об изменении численности населения Западной Сибири во второй половине XVIII в. (1762-1795 гг.) // Вопросы аграрной истории Урала и Западной Сибири. Свердловск, 1966. С. 45-55.

83. Кабузан В.М., Троицкий С.М. Численность и состав населения Сибири в первой половине XIX в. // Русское население Поморья и Сибири (период феодализма). М., 1973. С. 261-277.

84. Казанцев В.И. К истории расселения крестьян на территории Алтайского края // Научные чтения памяти Ю.С. Булыгина. Барнаул: 2004. С.69-74.

85. Караваева З.Ф. Некоторые вопросы создания исторических карт. М., 1956.

86. Карпенко З.Г. Горная и металлургическая промышленность Западной Сибири в 1700-1860 гг. Новосибирск, 1963.

87. Картоведение / Под ред. А.М.Берлянта. М., 2003.

88. Карчевский К.А., Носевич B.JL, Рудько Ю.П. Электронный атлас-справочник «Губерния» // Новые информационные ресурсы и технологии в исторических исследованиях и образовании. М., 2000. С. 72-74.

89. Кащенко С.Г. Современные исследования по исторической демографии России. Особенности массовых источников и некоторые проблемы их изучения // Материалы VIII конференции Ассоциации «История и компьютер». М., 2002, С. 182.

90. Кислицын В.Н. Алтайская духовная миссия и ее роль в колонизации Горного Алтая. // Алтайский сборник. Выпуск XV. Барнаул, 1992. С. 21-27.

91. Ключевской район: история и современность. Барнаул, 2002.

92. Князева Е.Е. Метрические книги Санкт-Петербургского консисториаль-ного округа как источник по истории лютеранского населения Российской империи XVII начала XX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Санкт-Петербург, 2005.

93. Ковальченко И.Д. Крестьяне и крепостное хозяйство Рязанской и Тамбовской губерний в первой половине XIX в. М., 1959.

94. Юб.Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования. М., 1987,

95. Ковальченко И.Д. Научные труды, письма, воспоминания. (Из личного архива академика): Сборник материалов. М., 2004.

96. Ковальченко И.Д. Русское крепостное крестьянство. М., 1967.

97. Ковальченко И.Д., Милов JI.B. Всероссийский аграрный рынок XVIII -начала XX вв. М., 1974.

98. Колесников А.Д. Русское население западной Сибири в XVIII-начале XIX вв. Омск, 1973.

99. Колесников А.Д. Темпы и источники роста населения Западной Сибири в XVIII- XIX вв. // Освоение Сибири в эпоху феодализма (XVIII XIX вв.). Новосибирск, 1968. С. 225-238.

100. Н.Коновалова Н.В., Капралов Е.Г. Введение в ГИС: Учебное пособие. М., 1997.

101. Крестьянство Сибири в эпоху капитализма. Новосибирск, 1983.

102. Крестьянство Сибири в эпоху феодализма. Новосибирск, 1982.

103. Круглый стол «Методологические проблемы исторической информатики и квантитативной истории» // Новая и новейшая история. 1997. №3. С.87-107. №5. С.80-107.

104. Круглый стол: Проблемы становления исторической информатики // Информационный Бюллетень АИК № 10. М., 1994. С.87-89.

105. Курьинский район на рубеже веков: очерки истории и культуры. Барнаул, 2003.

106. Ливингстоун М., Бартли К. Исторические проблемы, ГИС решения? Изучая пространственно-временные связи средневековых данных // История. Карта. Компьютер. Барнаул, 1998. С.45-64.

107. Литвак Б.Г. Очерки источниковедения массовой документации XIX начала XX в. М.: Наука, 1979. 294 с.

108. Литвак Б.Г, Сотникова С.И. Картографический метод в источниковедении. // Источниковедение Отечественной истории. 1986. М., 1986. С. 3-16.

109. Лопандя А.В., Толпенков В.А., Клейменова Т.Б. Использование ГИС-технологий в изучении историко-геоэкологических проблем // Информационный Бюллетень Ассоциации «История и компьютер». № 30. М., 2002. С.151-152.

110. Лубский А.В. Пронштейн А.П. Некоторые теоретические и методологические проблемы источниковедения массовых источников. // Источниковедение отечественной истории. 1981. Сб. статей. М., 1982. С. 3-35.

111. Лурье И.К. Основы геоинформационного картографирования: Учебное пособие. М. 2000.

112. Любавский М.К. Историческая география России в связи с колонизацией. СПб. 2000.

113. Макарчева Е.Б. Сословные проблемы духовенства Сибири и церковное образование в конце XVIII первой половине XIX вв.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Новосибирск, 2001.

114. Малышева М.П. Источники по истории просвещения западной Сибири в конце XVII — начале XIX вв. // Источниковедение и историография городов Сибири конца XVI — первой половины XIX вв., Новосибирск, 1987. С. 119-146.

115. Мамсик Т.С. Крестьянское движение в Сибири второй четверти XIX в. Новосибирск, 1987.

116. Мамсик Т.С. Хозяйственное освоение южной Сибири (механизмы функционирования агропромысловой культуры). Новосибирск, 1989.

117. Маняхина М.Р. История культовой архитектуры Алтая XVIII начала XX вв. Барнаул, 1999.

118. Мареева Е.П. Церковный фактор в демографическом поведении населения Тамбовской губернии в XIX начале XX в.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Тамбов, 2003.

119. Маркова М.А. Некоторые наблюдения за полнотой фиксации младенческой смертности в метрических книгах Олонецкой губернии // Компьютер и историческая демография. Сб. науч. трудов. Барнаул, 2000. С. 165-172.

120. Маркова М.А. Первичные документы по учету населения Санкт-Петербургской губернии XVIII-первой половине XIX вв. как исторический источник.: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Санкт-Петербург, 2005.

121. Массовые источники по социально-экономической истории России периода капитализма. / Под ред. И.Д. Ковальченко. М., 1979.

122. Матисон А.В. Генеалогия православного приходского духовенства России XVIII-начала XX вв. История рода Мощанских. М., 2000.

123. Миненко Н.А. К изучению семейной этики Сибирского крестьянства второй половины XVIII в. // Крестьянство Сибири XVIII начала XX вв.(Классовая борьба, общественное сознание и культура)., Новосибирск, 1975. С. 75-84.

124. Миненко Н.А. Массовые источники по демографии крестьянского двора XVIII — первой половины XIX вв. // Источниковедение и археография Сибири. Новосибирск, 1977, С. 41-58.

125. Миненко Н.А. Русская крестьянская семья в Западной Сибири (XVIII -первая половина XIX вв.). Новосибирск, 1979.

126. Миронов Б.Н. Внутренний рынок России во второй половине XVIII -первой половине XIX вв. JL, 1981.

127. Миронов Б.Н. Исповедальные ведомости источник о численности и социальной структуре православного населения России XVIII — первой половины XIX в. // Вспомогательные исторические дисциплины. Т. XX. JL, 1989. С. 102-117.

128. Миронов Б.Н. История в цифрах. Математика в исторических исследованиях. Л., 1991.

129. Миронов Б.Н. Метрические ведомости XVIII-XIX вв. — важнейший источник по исторической демографии России // Источниковедение отечественной истории. М., 1982. С. 100-117.

130. Миронов Б.Н. О достоверности метрических ведомостей важнейшего источника по исторической демографии России XVIII - начала XX вв. // Россия в XIX-XX вв. Сб. статей. СПб., 1998. С. 41-47.

131. Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII начало XX в.): В 2-х т. СПб., 2000.

132. Миронов Б.Н. Степанов З.В. Историк и математика. (Математические методы в исторических исследованиях). М., 1975.

133. Миронов Б.Н.Хлебные цены в России за два столетия (XVII XIX вв.). Л., 1985.

134. Михайловский район: очерки истории и культуры. Барнаул, 1999.

135. Мое родное Большеречье. Барнаул, 2004.

136. Можаева Г.В., Демкин В.П. Гуманитарная информатика или информатика для гуманитариев: постановка проблемы // Информационный бюллетень Ассоциации «История и компьютер. №29. М., 2002. С.258-264.

137. Морозова Э.А. Изучение истории крестьянских семей первой половины XIX в. на основе сводной базы данных по ревизским сказкам и исповедальным ведомостям // Информационный бюллетень АИК. №30. Мат-лы VIII конференции АИК. М., 2002. С. 189-192.

138. Морозова Э.А. Особенности социально демографического облика населения торгово-промышленного села в первой половине XIX в. (На примере села Рассказово Тамбовской губернии).: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Тамбов, 2003.

139. Мухин М.Ю. «История и компьютер» в Восточной Европе // Отечественная история. 1995. №1. С.208-210.

140. Населенные пункты Сибири: опыт исторического развития (XVII начало XX вв.). Новосибирск, 1992.

141. Основы демографии: Учеб. пособие / Под ред. А.Я. Боярского. М., 1980.

142. Островская JI.B. Прошения в консисторию и синод как источник для изучения социальной психодогии крестьянства пореформенной Сибири.// Источники по культуре и классовой борьбе феодального периода. Новосибирск, 1975. С. 165-181.

143. Пинаевский Д.И. Народонаселение дореволюционной России: источники и методы работы с ними. Учебное пособие по спецкурсу. Сыктывкар, 2003.

144. Пиотух Н.В. Картографический метод в исторических исследованиях. // Историческая география: теория и практика. СПб, 2004. С.30-38.

145. Пиотух Н.В. Картографический метод в исторических исследованиях: прошлое и настоящее. // История. Карта. Компьютер: Сб. науч. статей. Барнаул, 1998. С. 72-88.

146. Пиотух Н.В. О возможностях компьютерного картографирования при работе с данными писцовых книг начала XVII и материалами Генерального межевания второй половины XVIII в. // Круг идей: модели и технологии исторической информатики. М., 1996. С. 309-310.

147. Пиотух Н.В. Пространственно-хозяйственная типология (проблема выбора метода классификации). // Круг идей: макро- и микроподходы в исторической информатике. Т.П. Минск, 1998. С. 5-19.

148. Пиотух Н.В. Сельское расселение: структура и факторы размещения хозяйства (по материалам Новоржевского уезда второй половины XVIII в.) // Археология и история Пскова и Псковской земли. Псков, 2001. С. 116-134.

149. Пиотух Н.В. Хозяйственная деятельность крестьянства XVII XVIII веков с точки зрения пространственного статистического анализа. // Источник. Метод. Компьютер. Барнаул, 1996 С. 190-213.

150. Пиотух Н.В., Фролов А.А. Электронный историко-географический атлас Деревской пятины. // Круг идей: электронные ресурсы исторической информатики. М.-Барнаул, 2003. С.198-233.

151. Подгаецкий В.В. «Историческая информатика» как источниковедение XX и/или XXI века? Pro et Contra (Ad Nominem) // Круг идей: историческая информатика в информационном обществе. М., 2001. С. 417-431.

152. Покровский Н.Н. Организация учета старообрядцев в Сибири в XVIII в. // Русское население Поморья и Сибири. М., 1973. С. 381-406.

153. Покровский Н.Н.Антифеодальный протест урало-сибирских крестьян-старообрядцев в XVIII в. Новосибирск, 1974.

154. Пушкарева H.JI. Частная жизнь русской женщины: невеста, жена, любовница (X начало XIX в.). М., 1997.

155. Рабцевич В.В. Управление государственными крестьянами Сибири в последней четверти XVIII в.- первой половине XIX в. // Крестьянство Сибири периода разложения феодализма и развития капитализма. Новосибирск, 1981. С. 3-30.

156. Русское православие: вехи истории. М., 1989.

157. Сарафанов Д.Е. К изучению населения Барнаула в первой половине XIX в. // Барнаул на рубеже веков: итоги проблемы перспективы. Барнаул, 2005, С. 82-86.

158. Сибирские города XVII — начала XX века. Новосибирск: Наука, 1981.

159. Силина И.Г. Внешние миграции в Алтайский округ в 1865-1905 гг. (Источники и методы исследования).: Автореф. дис. .канд. ист. наук. Барнаул, 2002.

160. Силина И.Г. Клировые ведомости приходов Колывано-Воскресенского горного округа начала XIX начала XX вв. // Информационный бюллетень Ассоциации «История и компьютер». № 30. Материалы VIII конференции АИК. Июнь 2002 г. М., 2002. С. 191-193.

161. Скабелкин П.Я. Страницы истории Панкрушихинского района. Барнаул, 2000.

162. Скубневский В.А., Старцев А.В., Гончаров Ю.М. Купечество Алтая второй половины XIX — начала XX вв. Барнаул, 2001.

163. Смирнова С.С. Холера 1848 г. в Олонецком уезде: (По материалам метрических книг) // Компьютер и историческая демография: Сб. науч. трудов. Барнаул, 2000. С. 59-68.

164. Старухин Н.А. Старообрядцы Тальменского района: новые материалы // Нижнее Причумышье: очерки истории и культуры. Барнаул. 1997, С. 74-77.

165. Таштандинова И.С. Развитие общины северных алтайцев в Горном Алтае в XVIII начале XX вв. // Источники по истории Республики Алтай. Горно-Алтайск, 1997. С. 281-285.

166. Твердюкова Е.Д. Источники по учету населения Новгородской губернии XIX — начала XX вв. // Историография и источниковедение отечественной истории: Сб. науч. статей и сообщений. СПб., 2001. С. 221-231.

167. ТяжельниковаВ.С. Компьютерное источниковедение: к постановке проблемы // Круг идей: развитие исторической информатики. М., 1995. С. 244-256.

168. Цветков В.Я. Геоинформационные системы и технологии. М., 1998.

169. Церковь в истории России (IX в. 1917 г.). М., 1967.

170. Чистов К.В. Русские народные социально-утопические легенды. М., 1967.

171. Шайтура С.В. Геоинформационные системы и методы их создания. Калуга: Изд-во Н.Бочкаревой. 1998.

172. Шелестов Д.К. Историческая демография. М., 1987.

173. Этнография русского крестьянства Сибири XVIII середины XIX вв. М., 1981.

174. Юмашева Ю. Ю. Историческая информатика в зеркале периодического издания // Отечественная история. 2001. № 1. С.117-121.

175. Юмашева Ю.Ю. Круг идей: новые издания по исторической информатике // Вопросы истории. 1999. № 9. С. 149-156.

176. Яцунский В.К. Роль исторической географии в разработке важнейших проблем отечественной истории // Вопросы истории. 1964. №12. С.18-26.

177. Bartley K., Ell P., Lee J. From manuscript to multimedia // Data modeling. Modeling history. M., 2000. P. 148-180.

178. Cade J., Brayshay M. The Taxable Wealth and Population of Devon Parishes 1524/25: An Application of GIS and Computer Cartography // History and Computing 1996. Vol. 8. No. 2. P. 105-121.

179. Coordinates for Historical Maps. Ed. M. Goerke. St.Katharinen, 1994.

180. Gregory I. and H. Southall Mapping British Population History // Past Time, past place: GIS for history / Anna Kelly Knowles, Editor. P. 117-130.

181. Gregory* I. Creating analytic results from historical GIS // Humanites, Computers and Cultural Heritage. Proceedings of XVIth international conference of the Association for History and Computing. Amsterdam, 2005. P. 131-135.

182. Gregory I. Southall H. The Great Britain Historical GIS // Handbook of International Historical Microdata for Population Research. Mineapolis, 2000. P. 319-334.

183. History and Computing. 2001. Vol.13. No 1. P.l-97.

184. Piotukh Nina V. Spatial Analysis of the Agricultural Activities of Russian Peasants in the second half of the Eighteenth century // Data Modelling, Modelling History. Moscow, 2000. P. 181 -196.

185. Piotukh Nina V. The Application of GIS Techniques to Russian Historical Research: the Novorgev District Used as a Case Study // History and Computing, 1996, Vol. 8, № 3. P.169-183.

186. Rowney D. Geographic Information Systems as a Tool in the Study of Political Economy: State, Economy and Regional Policy in Russia at the Turn of the Century // Data modeling. Modeling history. M., 2000. P. 124-147.

187. Social Science History. 2000. Vol. 24. No. 3.

188. Vladimirov V.N. Computer assisted historical cartography: new opportunities for historical research // History and Computing. 1997. Vol.9. Nos 1, 2 and 3. P. 78-93.


Подробнее об авторе можно посмотреть тут:

http://www.asu.ru/univer_about/personalities/721/